кандидат философских наук,

независимый научный консультант,

руководитель секции «Обществознание» Городского Научного Общества Учащихся

(Великий Новгород).

Полный вариант доклада на международной конференции «Новгородика MMXV»

(секция «Культура как ресурс регионального развития» ).

В настоящее время особенной остроты достигла необходимость решения следующей задачи: адекватного диагностирования применительно к состоянию и научной оценке духовно-интеллектуального качества морали (нормативно-идеализированной базы социализированного поведения) и нравственности (личностных проекций, интерпретаций и реализации моральных норм, стандартов и эталонов), являющихся стратегически важными и основополагающими в развитии любой структуры культуры, в частности современного Великого Новгорода. Кроме того, видится крайне необходимой выработка системного подхода к изучению версифицированных проблем обозначенных элементов культуры, каждый из которых в определённой степени детерминирован успешностью или ущербностью познания и применения акторами их ценностно-смыслового наполнения. По вполне очевидным причинам следует выработать ряд концептуальных критериев для решения таковой задачи. Необходимость совершенствования этического дискурса в указанном направлении диктуется недостаточным количеством источников по соответствующей регионалистике, которая, к тому же, зачастую грешит излишней описательностью (либо гипертрофированной эмоциональностью на публицистическом уровне) в ущерб выработке объяснительных позиций и эффективных прикладных решений.
Один из проблемных посылов касается диалектики взаимоотношений морали в качестве средоточия практически ориентированных коммуникативных культурных кодов, социальных стандартов и норм мышления, речи и поведения, с одной стороны, и специфичных в своих символических значениях и практическом применении санкционированных кодексов так называемого демократического права (историческую обоснованность последнего словосочетания также предстоит проанализировать на предмет состоятельности) с другой. Среди иных, не менее важных и острых проблем социокультурного порядка следует отметить: негативную стереотипизацию массового сознания под влиянием современных пробуржуазных СМИ; отсутствие глубокого смысла, внутренней логики в компиляции накопленного опыта выдернутых из контекста норм морали, адаптированной к контексту Великого Новгорода (православные традиции, советское наследие, псевдолиберальные лозунги, «homo homini lupus est» и многое другое, постоянно противоречащее друг другу и дезориентирующее каждую личность в структуре повседневного поведения) и т.д.
Достаточно принципиальным процессом в контексте современного развития Великого Новгорода является диалектическое сочетание сфер морали и нравственности, традиционно являющихся одними из основополагающих элементов любой национальной системы культуры. В то время, как мораль представляет собою более или менее структурированное пространство усреднённых, социально значимых норм, эталонов, идеалов и образцов мышления, речи и поведения по поводу идентификации Добра и зла, нравственность является сферой личностных восприятия, отношения, интерпретации и реализации (полной, частичной или отказа от таковой) тех или иных компонентов актуальной морали. Несмотря на определённую терминологическую путаницу данных понятий, мораль и нравственность – это далеко не одно и то же, хотя они постоянно и переплетаются друг с другом, что, в принципе, неизбежно и естественно для развития общества.
Современная культура Великого Новгорода в некоторой степени специфична на общероссийском фоне, хотя в то же самое время можно без особого труда увидеть и те черты её развития, которые роднят таковую с другими городами и регионами России. В силу того, что нас интересуют определённые проблемы (то есть ситуации, которые не решаются в одночасье, но так или иначе всё равно конструктивно разрешимы) данного варианта развития региональной культуры, мы будем акцентироваться больше на специфике обозначенной темы.
Ключевые нюансы морально-нравственной проблематики, касающейся современного социокультурного состояния нашего города, следует, на мой взгляд, рассмотреть сквозь призму определённых функциональных свойств и характеристик. Какие функции обязана выполнять сфера морали?
Во-первых, это организация социального порядка в соответствии с определёнными конструктивными идеями и ценностями. К таковым чаще всего мы относим более или менее обобщённые представления о том, что такое Добро, Справедливость, Благо, Любовь, Истина и т.д. Без полноценной трансляции и реализации соответствующих им смыслов невозможно представить ни эффективно действующие сферы общества (политическую, экономическую, социальную), ни осознанную, счастливую жизнь граждан.
Во-вторых, мораль призвана не просто организовывать взаимоотношения людей с себе подобными и неподобными, но и заниматься определённым очищением нравов (помимо прочих аспектов, все мы прекрасно помним и этимологию данного понятия: лат. «mores» – русское «нравы»). Если первая задача, как правило, особых вопросов у большинства реципиентов не вызывает, то что касается данной функции, то как эксперты, так и любители неизбежно задаются вопросом о том, а кто или что (например, какая официальная структура …) будет, собственно, реализацией таковой заниматься.
В-третьих, мораль, так же, как и любой другой элемент системы культуры, – это то символическое пространство, которое пытается придать человеческой жизни определённую осмысленность, помогает всем нам бороться с кажущейся хаотичностью развития Вселенной и нередко – самого общества, несмотря на горделиво транслируемый им статус «Homo Sapiens». Разумеется, в данном контексте мы сталкиваемся с той монетой или медалью, которая имеет, как минимум, две стороны, поскольку любые, даже самые гладко отшлифованные временем, стереотипы в одних ситуациях могут стать прекрасным подспорьем для решения спорных вопросов, а в других – выступят всего лишь в роли костылей, которые балуют нравственно неокрепших людей мнимой помощью вместо того, чтобы дать им возможность научиться ходить самостоятельно.
В-четвёртых, мораль является именно тем элементом системы культуры, которая наиболее принципиальным образом влияет и на все остальные элементы. Без особого аналитического труда можно заметить, что политические, экономические, демографические и прочие кризисы спонтанно порождаются или кем-то сознательно провоцируются именно в периоды моральной деградации какой-то влиятельной части населения. Влиятельной как в качественном смысле, когда мы говорим об официально правящих или культурных (в частности, религиозных) элитах, так и в количественном, когда народ, скидывая с себя ненавистные путы той или иной формы фактической диктатуры (несмотря на публично манифестируемые «правительством» демократические и прочие каноны), нередко обнаруживает профанность собственного мышления и неспособность организовывать дальнейший полноценный курсор социокультурного развития в целом.
Первый каверзный нюанс, который касается заявленной нами темы, касается того, что на сегодняшний день наблюдается вполне определённый дефицит полноценных научно-аналитических источников по её изучению и апробации. Как правило, мы сталкиваемся с теми информационными ресурсами (книгами, рукописями, данными археологических находок и т.д.), которые дают или формируют представления о морально-нравственной сфере Великого Новгорода не позднее средневековой эпохи; что касается позднейших исторических реалий, то фактография по ней крайне фрагментарна и, как правило, не систематизирована вообще. Неизвестно ни одного монографического или подобного исследовательского труда, авторы которого предпринимали бы более-менее серьёзную попытку анализа морально-нравственных проблем развития Великого Новгорода в современную эпоху, даже если в таковую мы с огромной натяжкой вписываем весь ХХ век, а не только несколько свежих десятилетий. Однако, сплошь и рядом (в частности, в рамках работы умножающихся в своём количестве местных интернет-ресурсом) можно наблюдать изобилие моральных, морализаторских и очевидно псевдоморальных (равно, как и псевдонравственных) публицистических (зачастую поверхностных) и бытовых оценок по поводу происходящего с различных сферах новгородского общества. Исходя из этого, подчеркнём необходимость создания такого рода серьёзного аналитического труда в ближайшем будущем, основная цель которого будет состоять, как минимум, в том, чтобы систематизировать информацию, затрагивающую наиболее острую проблематику.
По большому счёту, все проблемы современной культуры Великого Новгорода, касающиеся её элементов морали и нравственности, можно условно классифицировать на следующие виды:
I. проблемы политического спектра (выливающиеся, в частности, в скандальные формы, связанные с деятельностью раскрученных в СМИ политиков);
II. проблемы воспитания молодёжи (механизмы личностной идентификации новых поколений; выработка адекватного отношения к себе, себе подобным и неподобным);
III. проблемы цензурирования современных СМИ (есть частичный политический контроль, но практически нет цензуры именно культурного гуманистического характера);
IV. проблемы выработки эффективных механизмов кодификации моральных норм, устраняющих противоречия традиционной, советской и прочих систем мировоззрения;
V. необходимость отчётливого разграничения прерогатив светской и религиозной морали, выработки их конструктивного симбиоза как друг с другом, так и с действующей системой законодательства;
VI. необходимость установления официально признанного контрольного органа (независимого от уже действующих чиновников, составляемого из акторов, непосредственно заинтересованных в полноценном культурном развитии города и региона);
VII. подмена истинных гуманистических ценностей технократическими.
По поводу первой категории проблем следует отметить то, что, несмотря на большой спектр ситуаций, связанных с деятельностью известных политиков (или в большинстве случаев – политиканов), никакого специального экспертного органа, связанного с разрешением таковых ситуаций в моральном смысле на сегодняшний день не существует. Однако, проблемные ситуации могут быть самого разного характера и затрагивать интересы неопределённо широкого круга реципиентов. В качестве наиболее каверзных примеров можно вспомнить те общедоступные информационные материалы, которые оказались посвящены следующим темам (ФИО конкретных фигурантов во избежание создания лишней для них рекламы мы опустим; к тому же, данной конкретизацией более или менее успешно занимаются местные журналисты): криминальная деятельность (общеизвестная ОПГ, вплоть до 2007-2008 гг. развивавшаяся не без политической подоплёки), взяточничество и вымогательство депутатов (события 2010 года, связанные с субъектом, состоявшим в одной из наиболее крупных партий), нецелевые растраты и халатность (свежие скандалы весны-лета 2015 года в связи с наиболее крупными политическими фигурами), крупное мошенничество (арест одного из вице-губернаторов летом 2015 года) и т.д. Несмотря на то, что все известные и моральные, и правовые кодексы не допускают никаких оговорок по поводу статуса людей, ведущих безнравственный и деструктивный образ жизни, наиболее наглые их представители решаются на то, чтобы именно своим статусом продавить проблему и остаться безнаказанным вместо того, чтобы взяться за ум. В этой связи также может вспоминаться немалое количество примеров, в частности, задержание сотрудниками ГИБДД одного из руководителей информационных агентств в 2011 году.
Что касается второй, выделенной нами, категории проблем – адекватного морального воспитания молодёжи, – то следует отметить, что, несмотря на громкие заявления руководителей различных общеобразовательных, специализированных и высших учебных учреждений по поводу эффективности проводимой ими в подведомственных структурах военно-патриотической, спортивной и прочей пропаганды, на самом деле, насколько известно, никакой по-настоящему системной работы по решению соответствующих вопросов ни в одном учреждении не проводится. Кроме того, те интересные проекты, которые так или иначе были ранее организованы на постсоветском пространстве Новгорода (с 1999 года – Великого Новгорода), имели исключительно непродолжительное значение. Имеются ввиду временные инициативы, некогда проявленные сотрудниками Национального Института «Высшая Школа Управления», городского Совета Молодёжи, центра «САМ» и других организаций, действующих как по соображениям сугубо региональной, местной мотивации, так и будучи фрагментарно патронируемыми федеральными структурами.
Суть центральной проблемы в том, что за последние 15-20 лет принципиально ничего в плане воспитания новых поколений в лучшую сторону не поменялось: все и каждый пытаются снять с себя серьёзную ответственность за формирование и содержание ценностно-смысловой системы мировоззрения детей, подростков и молодых людей. Родители кивают в сторону педагогов тех или иных официальных учреждений, начиная с детского сада, педагогические кадры – отсылают интересантов по теме к проблемам семейного неблагополучия; политики публично умывают руки, говоря о том, что от них мало что зависит в этом плане и во всём виноваты растлевающие неокрепшие умы и души СМИ … Соответственно, мировоззрение каждого человека, начиная с раннего детства, в определённом смысле, под конкретным ракурсом (с учётом рабочей занятости родителей, не всегда полной компетентности и информированности представителей педагогической среды, антигуманной эксплуататорской политики чиновников и, разумеется, мощнейшего объективного прессинга современных средств массовой информации) формируется стихийно. Это касается как субпроблем полового воспитания, адекватной идентификации актуальных социально-политических и экономических систем, так и адекватного отношения к своей социальной ответственности за всё происходящее, как минимум, в своей судьбе и судьбах своих близких, а также многих и многих других связанных и сопутствующих тем.
Третья (по счёту в обозначенном нами списке, но отнюдь не по значимости влияния на общество) узловая проблема – это отсутствие в Великом Новгороде какой-либо полноценной культурной цензуры. Факты, подтверждающие данный тезис, можно обнаружить сплошь и рядом. Для этого можно, как минимум, заглянуть на весьма популярный интернет-ресурс под названием «Форум Умных Людей», где широта подразумеваемого ума населения, на самом деле, простирается очень и очень далеко, как от самых примитивных уровней развития интеллекта до вершин мудрости, так и в прямо противоположном, регрессивном направлении. Материалы, которые множатся каждый день на этом сайте содержат множество оскорблений, провокаций, прямой дезинформации и т.д., причём по вполне понятным причинам бóльшая часть льющейся там безнравственной грязи инициируется в анонимном режиме. Ссылаясь на непроработанность данной темы в актуальном законодательстве РФ, сотрудники так называемого отдела «К» просто закрывают на эту проблему глаза и реагируют, согласно официально заявленной миссии их управления, на следующие преступления в сфере компьютерной информации:
1) «неправомерный доступ к компьютерной информации;
2) изготовление, распространение и использование вредоносных программ для ЭВМ;
3) мошеннические действия с использованием возможностей электронных платёжных систем;
4) распространение порнографических материалов с участием несовершеннолетних через сеть Интернет» [1].
В качестве других направлений своей работы данная структура официально заявляет таковые:
1) «пресечение противоправных действий в информационно-телекоммуникационных сетях, включая сеть Интернет (выявление и пресечение преступлений, связанных с незаконным использованием ресурсов сетей сотовой и проводной связи; противодействие мошенническим действиям, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет; противодействие и пресечение попыток неправомерного доступа к коммерческим каналам спутникового и кабельного телевидения);
2) борьба с незаконным оборотом радиоэлектронных и специальных технических средств;
3) выявление и пресечение фактов нарушения авторских и смежных прав в сфере информационных технологий;
4) борьба с международными преступлениями в сфере информационных технологий (противодействие преступлениям в сфере информационных технологий, носящим международный характер; взаимодействие с национальными контактными пунктами зарубежных государств);
5) международное сотрудничество в области борьбы с преступлениями, совершаемыми с использованием информационных технологий» [2].
Как видим, защита чести и достоинства граждан, борьба с оскорблениями, фальсификациями, угрозами и клеветой в эти обязанности указанного правоохранительного органа по каким-то причинам не вписаны, что заставляет серьёзно задуматься не только научных аналитиков, но и любых неравнодушных людей в свете событий с несправедливо осуждённым музейным сотрудником Дмитрием Ивановым летом 2015 года (на сторону защиты которого по вполне понятным причинам встала немалая часть инициативной общественности), которые произошли на фоне того, что не просто информационный мусор, но и очевидно деструктивная информационная деятельность совершенно безнаказанно продолжают своё бурное развитие в таких группах самой популярной российской социальной сети, как «Слухи и сплетни Великого Новгорода», «Подслушано в НовГУ» и т.п.
Исходя из этого, создание определённого контрольного органа, следящего за поддержанием в сфере СМИ чистоты нравов, представляется необходимой как никогда ранее. При этом следует отметить, что хаотичность распространения информационного шлака касается не только Великого Новгорода и его источниковой базы, обновляемой в современности, но и таких медиа-гигантов, как широко известное ток-шоу Андрея Малахова «Пусть говорят!». Последнее лишь в редких случаях давало заинтересованным сторонам той или иной каверзной темы ценные рекомендации или знакомило их в студии с реальными влиятельными персонами, способными помочь в той или иной беде, а всё остальное время просто засоряло эфир полярными мнениями (а отнюдь не аргументированными позициями), крайне экспрессивными репликами тех, кто изображает в пиар-среде «экспертов» (при этом первый раз и крайне поверхностно лихорадочно всматривается в разбираемое дело), и попросту нецелесообразно (для общества в целом, разумеется, а не только для тех, кто зарабатывает на пиаре любой ценой) занимало телевизионный эфир. Наш город в определённом смысле представляется даже несколько консервативным в плане поднятия и активного обсуждения каких-либо «ультрасовременных» тем, которые касаются именно острых углов развития морали, нравственности и духовного облика человека в целом.
Разумеется, ни одно министерство в мире не сможет со стопроцентными гарантиями привить каждому человеку вкус к полноценному общению, к нравственной чистоте и другим принципиально важным категориям жизни, однако попробовать повлиять на это пространство имеет смысл. Если неразборчивость (халатность или даже духовная слепота) пользователей социальных сетей в их выборе «друзей» (или спонтанном добавлении таковых на свою персональную страницу) – это проблема больше субъективная, нежели социальная, то соблюдение элементарных норм порядочности по отношению к каждому гражданину РФ, который априори имеет право на презумпцию невиновности, должно контролироваться в общем порядке. Это касается в равной степени и крупных чиновников, и рядовых пенсионеров, и малообеспеченных студентов; однако, достаточно деликатным должен быть механизм защиты чести и достоинства тех людей, чья профессиональная репутация напрямую связана с многолетним формированием определённой репутации: педагоги всех уровней образования, медицинские и социальные работники и т.д. Если в политике любое упоминание в сети – это, несмотря на шквал негативных оценок, всё же инструмент пиара; то в других случаях специализации личности любая неверно интерпретируемая информация может отразиться на её дальнейшей деятельности достаточно драматично, даже если окажется, что информационный материал оказался всего лишь «уткой» или провокацией злоумышленников.
Четвёртая категория проблем, которую мы ранее выделили, – выработка эффективных механизмов кодификации моральных норм, устраняющих противоречия традиционной, советской и прочих систем мировоззрения – должна решаться исключительно высококвалифицированными представителями социогуманитарных дисциплин. Любые необдуманные популистские попытки (как, например, «Моральный кодекс строителя коммунизма», состряпанный на скорую руку далеко не самыми дальновидными консультантами при ЦК КПСС) априори обречены на идеологический и, самое главное, практический провал. Этика – это, прежде всего, практическая философия, дисциплина, которая, помимо теоретических и исторических задач, должна решать задачи прикладные (распадающиеся на ряд аспектов профессиональной этики, биоэтики и т.д.), а отнюдь не бесплодные рассуждения на тему релятивизма постижения Добра, Истины и Любви. Любое концептуальное положение должно выдерживать хотя бы минимальные проверки на прочность, быть доказуемым на уровне прикладного опыта (даже если он затянется на несколько лет, а не даст мгновенных результатов, как химическая реакция или эксперимент в лаборатории физиков). Профессионал в сфере развития современной этики – это тот, кто,
во-первых, имеет высокую компетентность применительно к изучению широкой исторической базы прецедентов (история нравов, история этических учений);
во-вторых, способен делать взвешенные и аргументированные теоретически обобщения (в том числе с обращением к конкретным примерам), а не просто мастерски пересказывать содержание уже доказавших свою состоятельность источников (теоретическая – или фундаментальная – этика);
в-третьих, быть достаточно активным современником тех социальных проблем или частных неодиозных ситуаций, решение которых он предлагает другим людям – как дружественным экспертам, так и стратегически важным для развития страны организациям (прикладная этика).
Поскольку подсистема морали, включённая в общую систему культуры, базируется на формировании, хранении, трансляции и популяризации норм, эталонов, идеалов и образцов, касающихся особенностей человеческих мышления, речи и поведения, постольку все эти четыре компонента должны служить единой цели – сохранению именно такого социального Порядка, который обеспечит максимальную гармонизацию различных ценностей и интересов (вернее, различных их интерпретаций, поскольку в своих первичных формулировках у всех них гораздо больше общего, нежели уникального применительно к жизни и биографии конкретных людей).
Если примерно тысячу лет назад различные конфликтные ситуации и столкновение интересов в Новгороде пыталось решать Вече, то в современной России уже состоявшиеся попытки реанимировать данную традицию пока не увенчались даже промежуточным успехом. Вся эта планируемая сфера находится в зачаточном, словно замороженном состоянии. Есть несколько десятков наиболее активных и неравнодушных общественных деятелей (представляющих местные ВУЗы и филиалы, музеи, библиотеки и другие официальные учреждения культуры), есть несколько творческих объединений (на базе отделений Союза писателей России, Союза журналистов России; либо на свободной некоммерческой основе, как Литературный клуб при НовГУ), проявляют себя многочисленные блоггеры, подкованные в публицистике, и есть ущербное неконтролируемое многоголосие анонимно строчащих интернет-пользователей. Такие традиционные рубрики газет, как «Письмо в редакцию», оживляются, как правило, с помощью добросовестных пенсионеров и не более того. Что касается антиномии «несостоятельное государство – гражданское общество», то она является одним из наиболее злободневных звеньев в структуре анализа нашей темы.
Исходя из этого, формирование вышеупомянутой экспертной группы или органа должно происходить с участием тех личностей, которые уже имеют определённый ценный культурологический опыт в деле анализа кодификации норм поведения в тех или иных организациях (как регионального, так и общероссийского, и международного значения). В данной ответственной работе могут быть задействованы профессионалы, состоявшиеся в научной среде, в журналистике, литературных кругах, музейном деле и т.д. Что касается чиновников, ныне действующих в различных структурах культурного порядка (а культура, на чём следует ещё раз акцентировать внимание, – это система морали, науки, образования, искусства и других функциональных элементов), то все они, занимая определённые официальные посты уже много лет подряд (плюс-минус статусные подвижки и кадровые перестановки по карьерной лестнице) доказали свою несостоятельность применительно конкретно к этому острому вопросу.
Практически ни один из них не осознаёт тонкой диалектики вечных ценностей Веры, Надежды, Любви (актуальных не только для Православия, согласно концепциям В.С. Соловьёва и других мощных в теоретическом плане авторов), актуального патриотического воспитания и перспектив формирования истинно гуманистического Общества. Как правило, даже более-менее заинтересованный в полноценном развитии культуры незаурядный чиновник не понимает и не видит системности происходящих социокультурных изменений, которые стали ещё более стремительными, чем их аналоги сто лет назад. По примеру высшего руководства страны ценная информация фрагментируется, искусственно выдёргивается из контекста и не имеет необходимого логического продолжения. В качестве одного из примеров таковой несуразицы можно упомянуть конвейер, запущенный государством под соусом «год …» (чего-то там): год учителя (2010), год культуры (2014), год литературы (2015) … Налицо логические нестыковки и бессистемность этой объективно немаловажной инициативы. Если исходить из того, что культура (экологическая, политическая, правовая, экономическая и т.д.) – это стратегическая Основа полноценного, гармоничного общественного Порядка, то именно с неё и следует начинать отсчёт, а не перепрыгивать с фигуры педагога (причём в неправомерно суженном варианте применительно только к учреждениям среднего звена образования) на космонавтику, с космонавтики на российскую историю и т.д. Кроме того, выделять отдельно год молодёжи (2009) – это вообще абсурд, ибо, как уже неоднократно отмечалось мною в предыдущих публикациях, делать ставку на будущее, игнорируя потребности настоящего подобно тому, чтобы ждать плодов от дерева, которое ты ещё не успел привить. Да и чем хуже категории детства, отрочества, зрелости, старости … ? Каждый человек потенциально может пройти все возрастные стадии, и каждая из них имеет свои ценность и прелесть. К тому же, те, кто сегодня представляет собою молодёжь, должны не потерять, а лишь упрочить свою значимость для общества, тогда, когда перестанут быть таковою.
Пятая группа выделяемых нами проблем социокультурного порядка касается необходимости отчётливого разграничения прерогатив светской и религиозной морали, выработки их конструктивного симбиоза как друг с другом, так и с действующей системой законодательства. Если придерживаться более-менее отчётливой фактографии, то выясняется, что на сегодняшний день в российском обществе в целом и, в частности, в Великом Новгороде, серьёзной кодификацией сферы морали на уровне изучения и апробации занимаются только академические ВУЗы и ортодоксальные религиозные конфессии (представляющие, прежде всего, религии, которые стали мировыми). Все остальные организационные структуры (конкретные ведомства, департаменты, комитеты, корпорации, бизнес-сообщества и т.д.) похожи в этом плане на несмышлёных, неопытных детей, которые, образно говоря, «слышат звон да не знают, где он».
Даже поверхностные поиски информации по нашей тематике достаточно быстро выдают нам в поисковых интернет-системах множество результатов на тему существующих (как минимум, «на бумаге») моральных (или этических) кодексов психолога, педагога, учёного, библиотекаря, полицейского, бизнесмена и т.д. При этом наблюдается та проблема систематизации и унификации, с которой сплошь и рядом сталкиваются граждане России применительно к реализации правовых норм, положенных в Основания Конституции: сплошь и рядом можно найти противоречия между центробежными и центростремительными инициативами, федеральными и местечковыми вариантами создания определённой идеологии. Так же, как в сфере права ни один закон или подзаконный акт не должен идти вразрез с главным законом страны, и в сфере морали ни один её фрагментированный кодекс не должен противоречить общим основам гуманистических ценностей, которые проповедуют уважение к жизни, чести и достоинству граждан. Мало того, что в большинстве случаев транслируется подмена понятий («моральный» и «этический» – это не одно и то же, ибо первый концепт маркирует, прежде всего, нормированность чего-либо, а второй – изучение таковой нормированности), так ещё и сама постановка «догматов» для той или иной организационной структуры может в прямом смысле слова пестовать снобизм или провоцировать вражду с другими структурами. Данный факт достаточно часто проявляется в рамках деятельности тех или иных коммерческих сообществ, которые сплошь и рядом забывают или сознательно игнорируют правовые аспекты деятельности российского государства.
Что касается непосредственно Великого Новгорода, то за исключением прецедента создания Кодекса чести НовГУ вообще сложно вспомнить какие-либо более-менее серьёзные попытки организовать успешное функционирование частной социальной структуры именно в моральном поле антропогенного взаимодействия (которое, по сути дела, очевидно или незримо пропитывает собою и все остальные поля без исключения). Как правило, мы имеем дело либо с попытками людей крайне некомпетентных в этих вопросах (например, студентов, которые пытаются – нередко с огромной долей самоиронии – создавать некие кодексы совместного общежития или реализации досуговых интересов), либо с очередной отсылкой представителей региональных отделений к федеральным документам, содержание которых, как это ни прискорбно, мало кто знает.
Кроме того, крайне мало инициатив предпринимается в сфере консультирования местного населения на предмет того, каким образом в нашем городе могу успешно сосуществовать и развиваться люди различных видов вероисповедания, национальностей, статусов и т.д. Все конфликты (равно, как и выстраивание более-менее полноценных коммуникаций) на эту тему как возникают, так и решаются как будто бы стихийно, неупорядоченно и, опять же, без учёта уже имеющейся базы прецедентов.
Исходя из этого, в качестве шестой группы проблем мы выделяем необходимость установления официально признанного контрольного органа в сфере развития морали. Данная структура должна быть независимой от уже действующих чиновников и, как уже было отмечено выше, формироваться из акторов, непосредственно заинтересованных в полноценном культурном развитии города и региона. Данная инициатива должна отталкиваться исключительно от народного волеизъявления, подчеркнуть острую потребность граждан в оздоровлении духовного и ментального климата в обществе. Разумеется, у неё есть и найдутся в ближайшем будущем как верные сторонники, так и ярые противники, которым как будто бы «итак хорошо живётся» (как правило, либо по причине коммерческой и статусной успешности при полном игнорировании осмысленности своего существования, либо по причине ослепления себя различными психогенными средствами, одним из самых популярных примеров чего, несомненно, является алкоголь). Соответственно, рабочую группу, стратегическое ядро планируемого органа должны составлять люди, которые рефлексируют и пытаются апробировать свои идеи по данной тематике на протяжении, как минимум, нескольких лет, наблюдая за самыми различными метаморфозами российского общества и глобальной цивилизации в целом.
Что касается седьмой группы выделенных нами проблем (подмена истинных гуманистических ценностей технократическими), то в данном контексте следует отметить, в первую очередь, то, что определённые подвижки в этом направлении (не только теоретические, как в вышеперечисленных блоках работы, но и прикладные) уже происходят и они имеют определённые положительные результаты. Несмотря на различные отрицательные социальные (вернее, асоциальные) тенденции, спровоцированные духовной деградацией населения, можно наблюдать и немалый интерес новгородцев к теме сохранения и восстановления своего здоровья (через физическую культуру, контроль питания, сравнительный анализ различных медицинских систем Запада и Востока и т.д.), к взаимодействию с Природой, к многостороннему общению и т.д. В то время, как часть потребностей современного человека признаётся в качестве рабочей или коммуникативной необходимости (в частности, это касается эксплуатации интернет-технологий и устройств сотовой связи), другая часть личности всё острее ощущает и реализует необходимость возвращения к истокам: природным, культурным, метафизическим …
Подводя промежуточный итог, нашей рефлексии по сформулированной проблематике, вторя классикам общественной мысли, отметим, что любые «проблемы» – это всего лишь нераскрытые перспективы или гумус для очередного всплеска гуманитарного обновления и возрождения. Несмотря на тёмные волны насилия (прежде всего, информационного) над ресурсами личности, общества и природными ресурсами, проблески того, что братья Вайнеры обозначали, как Эру Милосердия, можно обнаружить даже в этой, иной раз немало гнетущей эпохе. Великий Новгород в данном плане даёт немало положительных примеров гуманизма и высокой культуры, которые на фоне банального самопиара карьеристов, рядящихся в одежды меценатов и прочих фигур, способствуют сохранению и преумножению Вечного, Доброго, Светлого. Конкретным именам тех, кто способствует соответствующим духовным процессам, как вопреки всему, так и благодаря всему, должна быть посвящена отдельная публикация.

Сноски:

1. Управление «К» МВД России [Электронный ресурс] // Официальный сайт Министерства Внутренних Дел Российской Федерации. – Режим доступа: https://mvd.ru/mvd/structure1/Upravlenija/Upravlenie_K_MVD_Rossii.

2. Там же.

Идентичность – это сложная структура, включающая все качества личностных сочетаний, обусловленная большим массивом биологических, психологических, социальных и культурных факторов. Сегодня понятие идентичности в различных контекстах широко используется и в психологии (эго-психология), психоанализе и в социологии (социальная антропология, символический интеракционизм) и в философии (феноменология и др.) и в этологии, и в политических науках, и т.д. [1].

Каждый в своей жизни получает то, во что он верит. Не только бытие определяет сознание, но и сознание способно напрямую, либо опосредованно влиять на формирование бытия. На что ты потратишь свою жизнь – зависит от тебя. Жизнь – это не категория, придуманная кем-то извне, это – ты сам. Каково восприятие человеком мира, такие жизненные ситуации он к себе и притягивает. Жестокий в очередной раз находит оправдание своей жестокости, лентяй – своей лени, неудачник – своим неудачам. Лишь истинно верующий человек добивается со временем всего того, с чем идентифицирует себя и свою судьбу. Здесь главное – не хронология, не чёткие временные рамки и даты, как в официальных документах, а осознание самого Принципа построения и «прочувствования» Судьбы. У души свои измерения, которые не всегда укладываются в общепризнанный циферблат. Исходя из этого, и происходит ускорение, либо замедление личностно значимого потока времени.

Наиболее ёмким концептом в контексте изучения проблемы человеческих идентичностей может представать «социокультурная самоидентификация личности». В условиях трансформирующегося российского общества, являясь сложным и многогранным процессом, она являет собой объект междисциплинарного характера. Как отмечает Т.А. Фомина, детальное концептуальное оформление понятия социокультурной идентификации личности должно осуществляться посредством синтеза макросоциологических, микросоциологических и социопсихологических познаний о личности, включённой в социокультурный контекст. Именно на пересечении указанных плоскостей анализа личностная идентификация предстаёт как динамичный процесс, а социокультурная идентичность приобретает методологическую основательность [2]. Со своей стороны, хотелось бы добавить, что не меньшую ценность для изучения данной проблематики имеют философско-культурологические исследования, изучающие, в том числе, и предельные основания формирования человеческой идентичности.

В качестве путей решения современных проблем социокультурной идентичности личности можно предложить следующие:

– в контексте формирования профессиональной идентичности необходима своевременная профориентационная деятельность, включающая в себя, помимо всего прочего, и актуальную диагностику способностей и талантов каждой формирующейся личности;

– этническая идентификация должна отталкиваться от того, что каждая национальная культура, так же, как и отдельная личность, уникальна и имеет такое же право на существование, как и все остальные, за исключением деструктивных культов, тоталитарных сект и тому подобных побочных эффектов, связанных с неверной интерпретацией смыслового наполнения аутентичных культурных полей;

– полноценная социокультурная идентичность человека, включающая в себя адекватные этические, эстетические, религиозные и другие критерии отождествления, складывается только в том обществе, в котором присутствует рационально построенная система цензуры; ситуация полного доступа всех и вся к любой информации, независимо от возраста и морального уровня реципиентов, ставит человечество перед большими рисками и опасностями;

– во многом социально полезная идентификация формирующейся личности зависит от того, какой пример подают ей люди старших возрастов и поколений, какие образцы и модели поведения транслируют СМИ, каким образом построен образовательный процесс, и т.д., поэтому решать проблему идентификации нужно начинать с её корней, истоков. Взрослую личность «переделать» в лучшую сторону уже практически невозможно; психиатрические «лечебницы» – это всего лишь латание дыр в психике, но следы травм остаются навсегда, тюрьмы – это ещё большее искалечивание человеческих души и разума, но ни в коем случае не решение проблемы маргинальности, девиантности и асоциальности в современном российском обществе. Следует помнить о том, что изменить мир в лучшую сторону возможно, если изменить, в первую очередь, себя как часть этого мира. Если изменится часть структуры, то изменится и вся структура. Счастье итак находится в каждом полноценном человеке – обществу лишь необходимо создать условия для  реализации его. Как писал Конфуций, «легче зажечь одну маленькую свечу, чем клясть темноту».

– Одним из «ключей» к формированию социально и индивидуально полноценной личности является адекватное актуальным реалиям жизни изучение классиков философии и науки, тех людей, которые напрямую повлияли на облагораживание человеческой природы, на возвышение (в хорошем смысле этого слова) её натуры. Вспоминая слова Джорджа Сантаяны, можно сказать о том, что тот, «кто не помнит своего прошлого, обречён пережить его снова»; как правило, современная гонка за пресловутой инновативностью, модернизированностью и «продвинутостью» увенчивается тем, что критерии количества и скорости напрочь вытесняют критерии качества и долговечности тех или иных религиозных доктрин, политических идеологий, культурных стратегий и т.д. Отрицание ценности традиции и забвение богатого наследия мудрости, собранного мыслителями прошлого, приводит к тому, что общество деградирует, а те отдельные личности, которые по уровню своей культуры и образования могут быть охарактеризованы как представители культурной элиты, не в состоянии вытянуть на своих плечах и решить весь огромный массив социально заострённых проблем.

– С другой стороны, каждая личность для своего полноценного развития должна не просто опираться на некие культурные «костыли», выработанные предшествующими поколениями, но и пропустить их мудрость через свой живой, непосредственный опыт. Каждое поколение должно проложить в истории СВОЙ Путь. Нет смысла решать проблемы за других людей, ибо тогда они перестанут быть людьми в высоком смысле этого слова – сильными, умными, смелыми. Люди неблагодарны, когда ты всё делаешь за них, потому что каждый хочет быть ТВОРЦОМ своей судьбы, а не слепой марионеткой.

Одной из ошибок современных людей является то, что они часто идентифицируют себя с мимолетными ситуациями, словами, мыслями и т.д. Зачем бояться, например, не успеть записать свою мысль, если твоя мысль – это выражение твоей природы (= сущности), а твоя природа всегда с тобой? Твоя внутренняя реальность всегда будет наводить тебя на эти же самые мысли, только в различных воплощениях. Суть же у них будет одна, если твоя сущность надёжна и неизменна. Гераклит Эфесский писал о том, что нельзя дважды войти в одну реку, однако, река все же останется рекой, несмотря на изменение некоторых своих элементов. Состояния проходят, сущность, квинтэссенция остаются.

Боится потерять Любовь тот, кто не любит. Как можно потерять то, что всегда с тобой, то – что часть тебя? С другой стороны, какой смысл бояться потерять то, что ты ещё не обрел? Главное, таким образом, – не потерять себя и заботиться о том, чтобы не потерять тех конкретных людей, которых ты любишь. Если же мысль твоя капризна, то, значит, твоя природа замутнена излишним беспокойством, твой транслятор мыслей и чувств «барахлит», не является надёжным. Будь непоколебим в своей воле, и ты успеешь сделать всё, что нужно для воплощения Своей Кармы, в нужном месте и в нужное время.

Поиски своей идентичности, замещение одной идентичности другой – это естественные попытки человека найти самого себя в этом мире, осознать свою истинную природу и реализовать её, воплотив замысел судьбы. Боятся умирать, как правило, те, кто не чувствует в сердце полноты своей реализации, кто потратил жизнь зря, кто не успел обрести себя. Людям же, искренне и сполна посвятившим свою жизнь своему истинному предназначению, бояться нечего. Делай, что должен и можешь делать, а во всём остальном лишь Бог может рассудить всех людей и всех тех, с кем они вступают в контакт.

Истинный Путь прям и прост, Истинная Природа едина и неразделима. Чем замутнённее сознание и сердце человека, тем больше у него масок. Тот же, кто живёт СВОЕЙ жизнью, СВОЕЙ Кармой, никогда не совершит пустых ошибок. Ему нечего бояться, потому что его Я – это его Я, а сорвать маску, отнять можно только то, что чужое или временное. Человек, сожалеющий о том, что вовремя не записал красивые слова, красивые стихи, пришедшие в момент вдохновения и ушедшие в момент спада, – ущербный человек, человек, который потерял или продолжает терять свою сущность. Истинное Я всегда с тобой. Любой маскарад, любой надуманный плюрализм – это попытки лжи обосноваться в этом мире. Будь самим собой. Прими себя таким, какой ты есть. Только так ты достигнешь успеха в его фундаментальных измерениях.

Как невозможно построить крепкий дом на рыхлом каркасе, так и невозможно достичь успеха, счастья не познав себя и своих истинных желаний, не раскрыв и не реализовав их. Успех по форме может быть провалом по содержанию, по смыслу. Только когда твои внутренние и внешние усилия сольются в едином ансамбле, ты получишь истинное наслаждение жизнью.

Тема идентичности человека является объектом для изучения многими философами, психологами, культурологами и другими специалистами, однако предмет исследований может и не совпадать. В этой связи хотелось бы ещё выделить такую актуальную задачу, как нахождение определённого консенсуса во взаимодействии между представителями различных научных и философских дисциплин. Для того, чтобы прийти к общим выводам, необходимо, например, говорить на одном языке, а это отсылает нас к формированию единого концептуально-семантического поля, к выработке актуальной для всех направлений исследований терминологии. Таким образом, решение проблематики человеческих идентичностей необходимо опирается и на адекватное изучение своих нюансов и тонкостей. Как показывают результаты социальных практик, давность изучения темы не всегда у людей прямо пропорциональна качеству изучения.

К тому же, изучение человека и всего многообразия его идентичностей должно носить не только теоретический, но и практический характер. Необходимо, например, знакомить широкую общественность и с результатами элитарных научно-философских исследований, говорить с массами на понятном для них языке. Следовательно, исследование идентичностей человека, несмотря на накопленную богатую традицию, – тема вечно новая и актуальная на все времена.

Литература.

1. Павлова О.Н. Идентичность: история формирования взглядов и её структурные особенности. М.: Ин-т психоанализа, 2001.

2. Фомина Т.А. Социокультурная самоидентификация современного российского студенчества: региональный аспект. Ставрополь, 2007.

Примечание:

Доклад был подготовлен для участия в в Международной научно-практической конференции «Философия и научная картина мира» (8-9 июня 2012 года), проводившейся на Факультете философии и социологии Башкирского государственного университета и посвящённой 70-летию заведующего кафедрой философии факультета философии и социологии БашГУ, председателя Башкирского отделения РФО, заслуженного деятеля науки РБ, доктора философских наук, профессора Галимова Баязита Сабирьяновича.

© Copyright: Максим Вячеславович Гуреев

Данная публикация сделана на основе аналитического материала, подготовленного для проведения открытой лекции в Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеке 15 февраля 2017 года [1].

Начать следует с того, что тенденции бывают разные: проблемные (ситуации, не решённые сразу, приобретшие хронический характер) и перспективные, однако слово «перспектива» не следует идеализировать, исходя из его стереотипно-бытового употребления (равно, как и слово «развитие», которое может быть как прогрессивным, так и регрессивным). Тема нами заявлена очень ёмкая и в данном контексте даже в соответствии с научными критериями познания не всегда представляется возможным отделить грани положительные от отрицательных. Иначе говоря, любую «проблему» можно, умеючи, обернуть себе во благо. Было бы желание. Что касается интересующей нас дефиниции перспектив, то, по большому счёту, они представляют собой совокупность видений нашего будущего (сознательных целей и планов, а также интуиций, фантазий и т.д.). Качество тех перспектив, которые люди могут видеть для себя в русле своих психологических проекций, также может быть самым разным (желательно, конечно, чтобы оно было положительным), поэтому необходима определённая фильтрация информации, способствующая соблюдению гигиены Души. Исходя из этого, концентрироваться следует на первой части заголовка нашей темы, а не на второй; то, что указано после двоеточия, – это всего лишь символическая фиксация процессов, являющихся производными от более ёмкого процесса развития вообще.

Сразу же привнесу в осваиваемый нами дискурс определённую этическую оговорку: постараюсь не переходить на личности в морально-стереотипном смысле, хотя критических замечаний в адрес различных персоналий, задействованных в литературном и окололитературном пространствах Великого Новгорода, начиная, как минимум, с 2004 года, накопилось более, чем достаточно. С другой стороны, незачем лишний раз рекламировать тех, кто итак старается не столько самореализоваться в творчестве (что заповедовал К.С. Станиславский девизом: «Любите искусство в себе, а не себя в искусстве!»), сколько пропиарить свою личность (или личину?) как таковую. Посему, как говорится в народе, обсуждать таких – делать им «много чести». По поводу слова «околитературные» тоже следует сделать оговорку: оно будет использоваться нами, как минимум, в двух смыслах. Согласно первому, окололитературные – это такие пространства и мероприятия, которые не соответствуют жёстким критериям литературного искусства; иначе говоря, они могут быть любительскими, полупрофессиональными, намеренно масскультовыми и т.д. Что касается второго смысла, то подразумеваются определённые перекрестия собственно литературных пространств, платформ/площадок и тех, которые развиваются с ними рядом, но, всё же, имеют свою специфику. К примеру, полноценная художественная литература может успешно соседствовать с различными научно-популярными жанрами, с публицистикой, мемуаристикой (издаваемой временами даже без ведома и согласия самих авторов), различными музыкальными жанрами и направлениями и т.д.

Любые выводы должны вызреть, любые идеи – пройти проверку временем. Именно под воздействием этой вечной закономерности, действующей на всех нас в данном относительном мире, я решил поделиться своими наблюдениями и размышлениями о новгородской литературе лишь спустя 12 лет после того, как сделал свою первую печатную публикацию из числа тех, что входили в различные серьёзные сборники или периодические издания. Серьёзные – настолько, насколько современная политическая, экономическая и прочая конъюнктура позволяет им быть серьёзными. Попытки максимально бескомпромиссного и хлёсткого самиздата в моей творческой биографии, разумеется, как и у многих других авторов, неравнодушных к боли и социальным противоречиям настоящей эпохи, тоже были. Прекрасно помню, как брал на неопределённое время печатную машинку «Ятрань» у друга в школьные – 90-е – годы … Однако, за несколько лет такого рода поэтических и прочих экзерсисов окончательно пришёл к выводу о том, что всё это, в силу бурного развития современной технократии, уже стало всего лишь отголоском прошлого века. Мало кого, скажем так, цепляет. В нынешнем же столетии, подумалось мне тогда, после многочисленных проб и экспериментов, покорять публику нужно собственно печатной литературой. А печатать, на самом деле, было что: благо, лично мне, в отличие от различных бумагомарак и интернето-каляк, искусственные поводы наподобие Года Литературы, Года Культуры и тому подобного, объявляемого не шибко грамотными чиновниками, не нужны. Работаю планомерно, а вот творю сугубо по вдохновению – в связи с теми или иными событиями, процессами, людьми … Жизнь и без всяких иллюзий и притягиваний за уши достаточно богата сюжетами, образами, «проблемами».

Для полновесного культурологического анализа заявленной нами темы, на мой взгляд, наиболее целесообразно применение аксиологического, структурно-функционального, конструктивистского и энергетического подходов. С помощью аксиологии мы решаем вопросы о необходимой иерархии культурных ценностей (на первом месте трансляция Светлого, Доброго, Вечного, на втором и последующих – успех, популярность автора и т.д.). Структурный функционализм помогает нам увидеть важные взаимопроникновения между интересующими нас объектами, явлениями и процессами, установить принципиальные причинно-следственные связи. Конструктивизм облегчает наши задачи по установлению более-менее жёстких символических маркеров, формулированию такого дефиниционного поля, которое адекватно объективной реальности. Однако, понятия понятиями, а нужно ещё вдохнуть в них нечто живое, определённый тонкий смысл, сделать очевидным неочевидное; посему мы просто обязаны использовать ещё и энергетический подход, который в наибольшей степени на данный момент развит в различных психологических и энерготерапевтических учениях (намеренно игнорирую термин «эзотерические», поскольку мало чего осталось тайного в эпоху глобальной информатизации).

В силу определённых причин нас, в первую очередь, интересует аутентичная, самобытная литература (во всяком случае, важна серьёзная претензия разных авторов на то, чтобы творить, создавать таковую), как бы к ней ни относились профессиональные культурологи, философы, литераторы и литературоведы. Соответственно, такие жанры или псевдо-жанры, как неприкрытое подражание классикам, стилизации, стихи по определённому поводу (в связи с государственными, национальными, семейными и прочими праздниками и т.п.) и даже литературоведческие статьи мы постараемся не трогать. Такие замечательные мероприятия, как «Мусатовские чтения 2013», обращённые, по словам организаторов, к изучению динамики художественных традиций в русской литературе ХХ-ХХI веков, всё-таки, основное своё внимание концентрировали на ХХ веке (в силу вполне естественной причины, согласно которой гораздо легче и естественней что-то объективно анализировать пост фактум, нежели будучи современником и даже соучастником тех или иных социокультурных процессов). Как отметили журналисты, «на обсуждение выносились вопросы по следующим направлениям: логика традиции в русской литературе; традиции и новаторство в русской литературе; парадоксы художественных традиций в произведениях русской литературы. Особое внимание в докладах участников уделено поэтам, к творчеству которых обращался в своих исследованиях В.В. Мусатов (А. Ахматова, О. Мандельштам, С. Есенин, Б. Пастернак, А. Блок)» [2].

Интересующий меня на сегодняшний день объект для изучения – это более-менее оригинальное творчество всех тех авторов Новгородчины, которые пишут стихи и прозу. Объект, взятый не на уровне практически бесконечной конкретизации (ибо плодовитый автор может что-то писать практически каждый день; даже из его незатейливых заметок на полях читаемой книги или элементарных дневниковых записей в итоге может получиться изящный и в то же время серьёзный роман), а на уровне анализа целой системы, которая сознательно и/или бессознательно обновляется всем пространством местных и региональных авторов как таковых.

Проясним понятия, которые, казалось бы, самоочевидны для любого одарённого школьника, серьёзно изучающего курс дисциплины под названием «Обществознание». Что такое литература? Литература – это вид неизобразительного искусства, а искусство – это один из основополагающих элементов Культуры. Язык – это знаково-символическая система, которая создаётся с целью нахождения ВЗАИМОпонимания контактирующих друг с другом сторон. Автор-литератор – это АКТИВНАЯ творческая сила, обновляющая диапазон лексических средств, а не какой-нибудь аутист, который либо пишет в стол, либо говорит сам с собой или с вымышленными персонажами (как, например, герои ныне популярных американских сериалов «Мистер Робот» и «Области тьмы»).

Что такое «развитие литературы»? Если отталкиваться от классических смыслов, то это – совокупность, как минимум, таких процессов, как:

а) изменение уровня мастерства конкретных авторов (ибо безымянным может быть фольклор, но что касается литературы, то она уже имеет ярко выраженный персонализированный характер, хоть нередко и с пропагандистско-идеологическим налётом),

б) книгопечатание (издательское дело),

в) изменение коммуникативной сферы литературно-творческих объединений и/или пространства неформальных встреч.

Исходя из этого, мы должны понимать, что для полноценного (то есть прогрессивного, а не регрессивного) развития литературы необходимо гармоничное сочетание, как минимум, трёх вышеперечисленных (базовых) процессов и обеспечиваемых ими сфер.

Заканчивая обучение на философском факультете НовГУ примерно 13 лет назад, я начал активно искать выход в свет на уровне тех или иных официальных изданий. В то время выбор для этого был ещё не особенно велик, поэтому многими творящими считалось, что называется, за счастье воспользоваться практически любым шансом. В своих мечтах о славе и признании на литературном поприще я и мои хорошие знакомые (не только из Великого Новгорода) не игнорировали даже платные публикации, хотя я до сих пор убеждён в том, что платить гонорары должны издательства и редакции авторам, а отнюдь не наоборот. Литературный продукт ничем не хуже любого объекта из пищевой индустрии: его также нужно выращивать, удобрять, лелеять … А это – как ни крути – Труд. Если же издатель считает продукт недоброкачественным, то не публиковать таковой – его законное право. Однако, когда современные редакторы пускают в печать любое, грубо говоря, «фуфло», лишь бы нагреть на этом руки (при этом прекрасно видя крайнюю низкопробность опусов!), то оценивать такой попустительский процесс иначе, как лихоимство, не представляется возможным. Мнения-то авторов и редакций, конечно, могут не совпадать, и это даже нормально, что они временами бесконечно далеки от идентичности друг другу (иначе и доброкачественного резонанса тоже не было бы), но, как совершенно справедливо выразился новгородский литератор А.С. Ионов (основатель организации «ПОЛГ»[3] в Великом Новгороде) на XIII-ом заседании Литературного объединения при ФФ ГИ НовГУ[4] в 2004 году, «вы имеете право заниматься каким угодно д…ом, но кормить этим публику никто вам права не давал». С этой конкретной установкой я вполне солидарен, поэтому всегда подчёркиваю как в научных дискуссиях, так и в досужих разговорах, что политическая цензура – это для нашей страны рудименты имперского и советского прошлого, а вот цензура культурная – жизненная необходимость и защита от окончательной деградации человечества.

Насколько много шансов «пробиться», «выйти в люди» у новгородских молодых литераторов было тогда, лет 10-15 назад, и какие перспективы для самореализации в обществе сейчас? Отмечу сразу, что если вы грезите прижизненной славой Василия Шукшина, братьев Стругацких, Кира Булычёва, Виктора Цоя или иных, некогда любимых мною авторов, то сразу же поумерьте свои амбиции.

Во-первых, исходя из той очевидной причины, что читают сейчас в России не только меньше, чем в Советском Союзе, но и мелочнее. Вы сами прекрасно знаете, что находится на приоритетных позициях различных рейтингов (оттенки серого и всего остального дурного и неказистого, так же, как и собственно дурь человеческая, бесконечны …), а ежели Вечному, Доброму, Светлому и удаётся покорить сердца большого количества наших нередко толстокожих современников, то либо в порядке исключения из правил, либо постольку, поскольку эти ценности заворачивают, опять же, в искусственную, попсовую (адаптированную к стереотипизированному восприятию) фольгу современности.

Во-вторых, так же, как и во многих других сферах профессиональной деятельности, без денег и связей вы, в принципе, обречены на провал. Будь вы хоть семи пядей во лбу и самым что ни на есть исключительным гением (разумеется, сам истинный литературный гений, скорее всего, никогда себе в этом не признается, ибо скромен от природы), публике сейчас нужна ровно та подкормка, к которой она уже привыкла в своём матричном аквариуме. Ну, не понимает сейчас народ в массе своей, например, тот вечный факт, что люди могут расходиться друг с другом в разные стороны, оставаясь друзьями в душе, по той причине, что научились друг у друга уже всему, чему хотели, а не потому, что дальше вообще дышать нечем от взаимного присутствия и обоюдной ненависти! Другая иллюстрация: те, кто родился и воспитан в дряхлом лоне семейных скандалов, не хотят понять, что скандалы с матом-перематом или даже рукоприкладством – это либо симптом психической несовместимости людей, либо того, что всем живущим под одной крышей срочно нужно лечиться. Ибо дальше – больше, а где хроника, там жди беды. И ведь дожидаются, сидя перед экранами своих «зомбоящиков» (впрочем, с учётом тенденций теперь уже можно и без кавычек) и не поделив на эмоциях пульт для переключения каналов.

Возникает вопрос: так, что же, теперь, вообще, не публиковать свои творения? А вот этого я как раз-таки и не утверждал. Речь идёт лишь о том, что в литературном ремесле скромнее надо быть, а не мерить всё мерками Голливуда с его звёздными болезнями (именно во множественном числе). Если честный литератор искусно пишет о таких темах, которые так или иначе приближают людей к постижению Истины, то фактически он через тернии идёт к звёздам, ибо постоянно кто-то будет скалить за его спиной сучьи зубы (дурак в принципе не поймёт, а начитанный с тремя «образованиями» – проявит себя временами как дурак втройне), и будет этот автор принят только теми, кто имел/имеет схожий жизненный опыт, либо обладает редкой в нынешнее время остротой способности к эмпатии. Примеры же телепатии и тому подобных способностей пока трогать не будем, да, к тому же, само по себе чтение мыслей ещё не гарантирует полноценных понимания и интерпретации таковых (и у так называемых экстрасенсов нередки случаи из разряда «гляжу в книгу – вижу фигу»).

На мой взгляд, представляется целесообразным выделить, как минимум, четыре направления развития литературной деятельности разных авторов в Великом Новгороде и Новгородской области (в областной центр относительно часто приезжают  жители и других населённых пунктов области): культурно-досуговое, состязательное, фестивальное и конкурсное.

Для конкретизации развития вышеуказанных направлений в среде наиболее активных литературных объединений Великого Новгорода следует отметить следующих коллективно-коллегиальных акторов:

1)      Литературно-музыкальный салон «Последний четверг» в НовГУ имени Ярослава Мудрого (время действия: 1993 год – настоящее время),

2)      Новгородское региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз писателей России» (1999 – настоящее время),

3)      Литературное объединение имени В.А. Кулагина (организация-преемник по отношению к литературному объединению «Радуга»),

4)      Литературное Объединение при Филологическом Факультете Гуманитарного Института НовГУ имени Ярослава Мудрого,

5)      Литклуб НовГУ (стал преемником ЛитО при ФФ в 2009 году),

6)      Арт-проект «KVADRAD» (2010 – настоящее время),

7)      Творческое объединение «Во весь голос» (основатель – Елизавета Мусатова) (2011 – настоящее время),

8)      Студия В.Р. Исакова «Литера Э» (2013 – настоящее время),

9)      Литературный клуб «Пользуясь случаем» (2015 – настоящее время).

Соответственно, среди совсем молоденьких литобъединений города следует отметить такие, как «Новгородская школа стихосложения имени В.А. Кулагина» (образована в 2016 году) и «Литературный клуб на Оловянке» (сформирован в 2016 году на основе конкурса «Чемодан стихов»). В число литературно-творческих объединений Великого Новгорода, которые не получили дальнейшего продолжения вплоть до настоящего дня (или были заморожены на неопределённое время), вошли следующие: «Северный ветер», «Элит-клуб», «Вдохновение»[5] и поэтический союз «Три пера» (Алексей Апрель, Елена Кулешова, Арина Сенина, «Безумный Арчи»: март-апрель 2015 г.).

Что касается деятельности литературных объединений на территории Новгородской области в целом, то, согласно данным Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеки, всего на этот счёт можно насчитать более 16 организаций [6]. В это число входят следующие: Боровичское литературное объединение (1928 – настоящее время), Литературное объединение «Спектр» (Малая Вишера, 1952 – настоящее время), Литературное объединение «Лира» (Пестово, 1992 – настоящее время), Литературное объединение «Живой мост» при ДК «Русич» (Старая Русса, 1996 – настоящее время), Поэтический клуб «Вдохновение» в Кулотинском городском Доме культуры (Окуловка, 2005 – настоящее время), Литературное объединение «Вехи» на базе центра изучения истории и культуры Демянского района (2008 – настоящее время), Литературное объединение «Радуга Приильменья» при центральной районной библиотеке п. Парфино (2010 – настоящее время), Литературно-музыкальный салон «Муза» (Боровичи, 2011 – настоящее время). Кроме того, на базе библиотечной системы Новгородского муниципального района были образованы Поэтический клуб «Вдохновение» (п. Пролетарий) и Клуб любителей поэзии «Заверяжский светоч» (д. Борки). Как видно из приведённых перечней, название «Вдохновение» является достаточно популярным у литераторов Новгородской области и повторяется неоднократно в самых разных пространственно-временных контекстах.

Одна из проблем, с которой мы сталкиваемся в процессе актуализации нашего исследовательского интереса к развитию новгородской литературы в начале XXI века, носит исторический характер. На сегодняшний день практически не известны какие-либо серьёзные системные труды по данной теме, монографии или хотя бы крупные иллюстрированные обзоры в периодических изданиях. В лучшем случае в различных источниках можно встретить лишь краткие обзоры, немногословные фактографии и т.д. Известный новгородский журналист и блогер Елена Кулешова в своей публикации «Стеклянный капсюль в гранате» 2013 года упоминает о 16 литературных объединениях, развивающихся на территории Новгородской области; аналогичные цифровые показатели, как уже было отмечено выше, подсказывает в разделе «Литературная карта России» Новгородская Областная Универсальная Научная Библиотека. Разумеется, на территории только областного центра актуальны более скромные цифры.

Осенью 2015 года была проведена конференция «Новгородское литературное краеведение: знаковые имена» (организаторами выступили отделение Российского Исторического Общества в Великом Новгороде, Новгородская Областная Универсальная Научная Библиотека, Новгородский Государственный Объединённый Музей-Заповедник и кафедра журналистики Новгородского Государственного Университета имени Ярослава Мудрого). Данное мероприятие было приурочено к символическому занавесу официально объявленного чиновниками Года Литературы, в сборник по итогам такового вошло всего 10 докладов разных исследователей [7]. Однако, ещё раз следует повториться, что основной массив информации в данной книге, как и во многих других литературоведческих сборниках, был посвящён нашим классикам, а не современникам. Кроме того, много ли мы знаем других историографических и культурологических прецедентов СИСТЕМНОГО характера, притязающих на анализ разностороннего творчества не только классиков, но и развивающихся современников, в том числе молодых авторов?

В лучшем случае в процессе участия в различных литературных чтениях новгородские литераторы и литературоведы, зачастую представленные в одном лице (впрочем, не только новгородцы и жители Новгородской области, но и активные гости из других регионов, интересующиеся изучением конкретной литературной тематики) готовятся и выступают с интересными докладами, посвящёнными творчеству тех наших многоопытных современников, которые, казалось бы, ещё совсем недавно бок о бок с нами могли дышать, трудиться, жить этой земной жизнью … В нормальном же варианте основная концентрация внимания различных экспертов направляется на углубление исследования произведений тех классиков, которые давным-давно вписаны в обязательную школьную программу. Если перечислять известные нам вариации не в строгом хронологическом, а в алфавитном порядке, то получается приблизительно следующая картина: Бианковские чтения (мероприятия в честь советского писателя В.В. Бианки; Боровно Окуловского района, 1984 – настоящее время), Всероссийские Балашовские чтения (мероприятия в честь советского и российского писателя и учёного Д.М. Балашова; Великий Новгород, 2001 – настоящее время), Всероссийские Таисиинские чтения (посвящены игумении Таисии Леушинской, в миру – Марии Васильевны Солоповой; Боровичи, 2002 – настоящее время), Ганичевские чтения (мероприятия в честь советского и российского писателя В.Н. Ганичева; Пестово, 2013 – настоящее время), Знаменские образовательные чтения (Великий Новгород, 1995 – настоящее время), Литературные чтения, посвящённые Зинаиде Гиппиус и Дмитрию Мережковскому (Малая Вишера, 2011 – настоящее время), Областные Кочетовские чтения (мероприятия в честь советского писателя В.А. Кочетова; Великий Новгород, 2013 – настоящее время), Русаковские чтения (мероприятия в честь советского и российского поэта Е.Е. Русакова; Боровичи и Боровичский район, 2009 – настоящее время). Кроме того, проводятся такие литературные чтения, как Георгиевские, Суворовские, Сологубовские, Хлебниковские, Державинские, Романовские, Пришвинские, Маклаевские (Миклухо-Маклаевские) …

Среди печатных изданий, которые уже прошли определённую проверку временем и давали/дают возможность самым разным авторам (начиная от школьников и студентов и символически заканчивая людьми, которые получают заслуженную трудовую пенсию) опубликовать свои произведения, можно указать следующие:

1) художественные сборники Литературного клуба при НовГУ им. Ярослава Мудрого (в период с 2009 по 2016 годы включительно было издано 16 сборников, со средней периодичностью раз в полгода), практически ежегодно издаваемый сборник стихов под хрестоматийным названием «Все поэты Новгородской области», сборники произведений участников городского молодёжного литературно-творческого конкурса «Осенняя палитра» под названием «Открытая дверь», журнал «Новгород литературный», литературно-художественный альманах под эгидой Н.А. Сумарокова «Литораль»;

2) публицистические и научно-популярные издания НовГУ им. Ярослава Мудрого – такие, как газеты «Новгородский Университет», «УниверСВ (Свежий Взгляд)», «Антоновка», «Абитур-Шанс», «НовГУ-информ» (еженедельный бюллетень новостей), «Молодая Губерния», историко-литературный альманах «Чело», научно-популярный журнал «Время Открытий»;

3) областные и городские газеты «Новгород», «Новгородские Ведомости», «Русский караван», «Новгородское Вече» и т.д.

Что касается литературных изданий в различных электронных (как правило, интернет) форматах, то их сейчас великое множество, но даже такие мощные киты и первопроходцы, как «Стихи.ру» и «Проза.ру» далеко не всегда выдерживают конструктивную критику в адрес своего непосредственного содержания, так называемого контента. При этом следует отметить, что феномены графоманства весьма неоднозначны по своему социокультурному значению: с одной стороны, они в немалой степени засоряют общее информационное пространство; с другой стороны, наверное, лучше, когда субъекты с различными морально-психическими отклонениями от здоровой нормы занимаются сублимациями в виртуальной среде, а не нарушают общественный порядок в реальном пространстве. Обостряется же данная проблематика именно в условиях тотальных разгильдяйства и нежелания брать на себя ответственность за полноценное развитие страны у представителей всех ветвей политической и религиозной власти вместе взятых. Пустым же морализированием (причём без личного примера), как известно, Отечество спасти невозможно – необходимы именно системные и гуманистически ориентированные меры (государство существует для человека, а не человек для государства).

Вполне закономерно те издания, которые когда-либо интересовали и продолжают интересовать новгородских авторов, можно классифицировать не только на бесплатные (автор вкладывает только свой творческий труд) и коммерческие (в рамки которых приходится привносить собственные инвестиции)[8], но и на региональные и общероссийские, малотиражные и многотиражные (хотя, разумеется, всегда есть с чем сравнивать – тем более в культурно-историческом контексте – и кажущийся сегодня большим тираж в 5000 экземпляров в контексте сопоставления с советскими изданиями даже относительно малоизвестных авторов представляется просто мизерным). Начиная, как минимум, с 2005 года, активное использование технологии под названием Интернет даёт российским (в частности, новгородским) авторам уникальные возможности для поиска и нахождения самых разных и наиболее интересных вариантов для своих публикаций. Творцы, проявляющие свою социокультурную активность на «Родине Русской государственности», неоднократно публиковали свои труды с помощью издательств в Москве, Санкт-Петербурге, Химках, Гатчине, Новокузнецке, Саратове и других городах. С течением времени набрали определённую популярность такие иногородние сборники, журналы и альманахи с участием новгородских поэтов и прозаиков, как «Страна Озарение», «Мост», «Отражение», «Невский альманах», «БеГ (Безопасный Город)» и многие другие. Кроме того, согласно моим системно ориентированным наблюдениям, хронологический диапазон 2005-2017 гг. обозначил достаточно бурный рост популярности таких интернет-ресурсов, как «Стихи.ру» и «Проза.ру» (эта популярность вполне сопоставима с высокими рейтингами социальной сети «ВКонтакте», только в более специализированном ключе). Многие из известных в Новгородской области местных авторов постоянно либо периодически с помощью указанных бесплатных сервисов делятся со своими читателями в открытом доступе как самыми свежими своими творениями, так и теми, которые уже прошли некоторую проверку временем.

Возвращаясь к теме классификации направлений в развитии литературной деятельности на территории Новгородской области, отметим, что культурно-досуговое направление представлено, к примеру, такими интересными проектами и мероприятиями, как:

1) Литературные чтения в Дворянском собрании Новгородского Государственного Объединённого Музея-Заповедника (2013 – по настоящее время). Ответвлениями этого проекта стали «НЕлитературные чтения у Фонтана» и «Ночь Искусств»;

2) «Библионочь» (инициирована на федеральном уровне: 2012 – настоящее время);

3) «Квартирники в “Читай-Городе”» (2013 – настоящее время);

4) «Лёгкий вторник» в Доме Молодёжи («Антикафе Carpe Diem») (2013 – настоящее время);

5) «Живая библиотека: Великий Новгород» (2013 – настоящее время);

6) «НотоСловие» (2015 – настоящее время).

7) «Квартирники на Оловянке» (2016 – настоящее время).

В этом же культурно-досуговом русле на территории Великого Новгорода развиваются и экспериментальные виды искусства, претендующие на интеграцию различных жанров и стилей; в частности, в Шоу-студии и театре танца Елены Есениной нашла своё законное место эксклюзивная реанимация классических литературных сюжетов. Своеобразный культурный симбиоз классической (балет) и современной хореографии, разножанровой музыки и авторской интерпретации всемирно известных и популярных историй можно наблюдать на премьерах таких постановок, как «Кармен (Роковая любовь)», «1000 и 1 ночь», «Дон Жуан» … Немалую творческую пользу руководителю указанного коллектива приносит и многолетнее увлечение этой женщины авторской поэзией, несмотря на то, что публиковать свои произведения в печатных изданиях и открытом интернет-доступе она начала не так давно.

Представление о состязательном направлении в развитии современной новгородской литературы дают такие проекты, как «Поэтические слэмы» (2011 – настоящее время), «Стихобаттлы» (2015 – настоящее время), чемпионат чтецов с интригующим названием «Открой рот!» (общефедеральная инициатива, развиваемая в Великом Новгороде с 2015 г. по настоящее время), чемпионат поэзии имени В.В. Маяковского (инициатива из Санкт-Петербурга, развиваемая в Великом Новгороде с 2016 г. по настоящее время). По формату и содержанию указанные и прочие мероприятия литературно-соревновательного характера могут быть весьма отличными друг от друга. К примеру, при всей кажущейся схожести западного звучания в заголовках (а также повторяющихся лиц организаторов и членов жюри) принципиально разнятся так называемые поэтические слэмы и стихобаттлы: в слэме делается упор на личное творчество выступающих участников, в стихобаттлах же жюри оценивает качество исполнения (выразительность, артистизм, оригинальность выбранных для декламации текстов и т.д.) тех произведений, которые принесли славу и популярность тем авторам, которые уже обрели региональный или даже всемирный успех в процессе своей земной жизни или даже послей таковой. Слэмы, как правило, проводятся вне каких-то жёстких тематических ограничений, стихобаттлы же подразумевают конкретную тематику на каждый назначенный для состязания вечер («Рок-стихобаттл», «Мистический стихобаттл»  т.д.). Впрочем, организаторы стихобаттлов, как правило, не воспрещают вещать авторам в микрофон любые их собственные произведения в перерывах между основными частями программы (на внеконкурсной основе).

Что касается фестивального направления, то оно представлено следующими мероприятиями (среди них и те проекты, которые уже стали традиционными, и свежие начинания разных организаторов, и те инициативы, которые пока не получили логического продолжения): арт-фестиваль «Птица» (2012 – настоящее время), городской литературный фестиваль (2013, симбиоз IV городского молодёжного литературно-творческого конкурса «Осенняя палитра» и поэтического слэма Е. Мусатовой), литературный фестиваль «Фантастический десант с берегов Невы» (2014), «ЧестФест» («Честный Фестиваль» от оператора сотовой связи «Tele2») (2015), литературно-поэтический фестиваль «Логовест» в рамках фестиваля молодёжного творчества «Грани» (2016).

Конкурсное направление в развитии новгородской литературы можно проиллюстрировать следующими более-менее успешно реализованными и реализуемыми проектами: городской молодёжный литературно-творческий конкурс «Осенняя палитра» (2007 – настоящее время; подведение итогов традиционно включает в себя презентацию сборника лучших работ под названием «Открытая дверь»), конкурс «Классное чтение» для учащихся 1-10 классов (2007 – настоящее время), конкурс кинорецензий «КиноНовгород» (2011), Всероссийский конкурс юных чтецов «Живая классика» (2012 – настоящее время), Городской конкурс стихов «Они сражались за Родину» в рамках проекта «Поклонный туризм» (2013), конкурс чтецов стихотворных произведений «Солнечный ветер» (библиотека «Веда», 2013 – настоящее время), городской конкурс чтецов «Дабы свеча не погасла», посвящённый писателю-историку, поэту, фольклористу Дмитрию Михайловичу Балашову (2013 – настоящее время), областной литературный конкурс для детей «Шёл по городу Волшебник» (2014), городской конкурс «Чемодан стихов» (2016 – настоящее время), конкурс творческих работ «Мы – Великий, мы – не Нижний!» (2016), творческий конкурс молодых сочинителей «Голоса над Мстой – 2017» (организаторы – Комитет культуры и туризма Администрации Боровичского муниципального района, Центральная районная библиотека МБУК БМЦБС, при партнёрском участии комитета по делам молодёжи и комитета образования Администрации Боровичского муниципального района).

Время от времени авторы из Новгородской области по вполне понятным причинам расширяют региональные горизонты своей конкурсной активности. В числе освоенных М.В. Гуреевым, Г. Князевым, М. Полевиковым, С. Петровой-Амбрасовской и другими новгородскими поэтами и прозаиками (наши творцы неоднократно становились финалистами, призёрами, лауреатами и победителями) можно указать следующие проекты: соискание I международной независимой премии «Читатель» (2006, организаторы – Литературный альманах «Фигуры речи» и театр свободной мысли «Речевые ландшафты»); I поэтический конкурс журнала «Чайка» (2007, организатор – журнал «Чайка», Россия – США – Франция – Израиль); III, IV и V конкурсы молодёжного творчества «Прорвись!» (2008-2010, организаторы – отдел по работе с молодёжью ГО Химки, МУ «ИДЦМ», КМКТ «Прорвись!» при поддержке Администрации Городского округа Химки, еженедельной газеты «Родное Подмосковье» и баскетбольного клуба «Химки»); литературный конкурс «Придумай сказку» (2010, организатор – Благотворительный просветительский фонд содействия реабилитации детей с особенностями развития «VITA»); Всероссийский конкурс «Живые истории – 2010» в рамках V Международного мультимедийного фестиваля «Живое слово» (2010, Россия, село Большое Болдино); литературный конкурс «ЛИК» (2010, организатор – «Литературная газета «ЛИК», г. Ленинск-Кузнецкий); II конкурс на соискание российско-итальянской литературной премии «Белла» (2013, организаторы – некоммерческое партнёрство «Общество друзей Тарусы – содействие развитию» (Россия), ассоциация «Познаём Евразию» (Италия), Журнал «Иностранная литература» (Россия), Литературный институт им. А.М. Горького (Россия), Министерство культуры Калужской области (Россия)); II и III Международный поэтический конкурс, посвящённый памяти поэта-фронтовика Игоря Григорьева «Ничего душе не надо, кроме родины и неба» (2015-2016, организаторы – Санкт-Петербургское отделение Союза Писателей России, Фонд памяти поэта и воина Игоря Николаевича Григорьева). Разумеется, картина конкурсного участия различных социально активных авторов в действительности гораздо более объёмна и не ограничивается только перечисленными проектами. Кроме того, более-менее интенсивную организаторскую деятельность на сей счёт развернули активисты таких интернет-ресурсов, как «Стихи.ру», «Проза.ру», «Литсовет», «Литпричал», «АльтерЛит» и т.д.; и новгородские авторы неоднократно пробовали свои силы и в этом контексте.

Платформы или площадки для выступлений современных новгородских литераторов, участвующих в вышеперечисленных и во многих других мероприятиях, время от времени предоставляют такие организации, как:

1) библиотечные системы «Новгородская Областная Универсальная Научная Библиотека», «Читай-Город» и «Центральная Городская Библиотека имени Д.М. Балашова» (применительно к масштабным книгохранилищам, как говорится, «Сам Бог велел!»). О том, какие и сколько всего в этих организационных пространствах было проведено культурных, в частности литературных, мероприятий впору создавать уже отдельную объёмную исследовательскую публикацию;

2) Новгородский Государственный Объединённый Музей-Заповедник (радушно принимает авторов самых разных возрастов, статусов и поколений, если те вписываются хотя бы в минимальные рамки полноценной культурной цензуры). На протяжении 2013-2016 гг. мне точно ни разу не приходила в голову мысль о том, что здесь оказался кто-то случайный или что невыносимо слушать дилетантов. Как правило, всё происходит более или менее чинно и благородно, мало кто из присутствующих заостряется (тем более на долгое время) на тех или иных казусах, связанных с содержанием авторских текстов. «Слышащий да услышит», понимающий да поймёт; каждый реципиент имеет уникальную возможность выбрать для себя что-то по-особенному близкое Душе (и при желании даже непосредственно пообщаться с автором – благо, что практически все творцы находятся буквально в шаговой доступности для дальнейших контактов);

3) ФГБОУ «Новгородский Государственный Университет имени Ярослава Мудрого» (наиболее выразительные примеры литературной и одновременно литературоведческой деятельности в данном пространстве явили литературно-музыкальный салон «Последний четверг», Литературное объединение при филологическом факультете Гуманитарного института, Литературный клуб при НовГУ им. Я. Мудрого);

4) культурный центр «Диалог» (не чурается таких смелых экспериментов на стыке литературы и других искусств, как, например, проект «Театр24» или интеллектуальный клуб Сергея Пухачёва под многозначительным названием «Скворешня»);

5) МАУК «Дворец Культуры и Молодёжи “Город”»;

6) МАУК «Городской Центр культуры и досуга имени Н.Г. Васильева»;

7) Областное автономное учреждение «Дом молодёжи, региональный центр военно-патриотического воспитания и подготовки граждан (молодёжи) к военной службе»;

8) Дом музыки имени С.В. Рахманинова.

Кроме того, можно отметить и такие «случайные» места, в которых уже неоднократно проводились литературные и окололитературные мероприятия, как спорт-бар «Чемпион» (уже канул в лету и на этих площадях теперь располагается ночной клуб «Белые ночи»), «Антикафе Carpe Diem», открытая площадка рядом с Ярославовым дворищем под названием «Губерния» (была актуальна в 2015 году), а также различные открытые площадки на территории Кремлёвского парка.

В числе организаторов и спонсоров различных литературных и окололитературных мероприятий время от времени можно увидеть Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Библионика» (наряду с НОУНБ и «Читай-Городом» один из городских лидеров по количеству инициируемых мероприятий) и книторговую сеть «Буквоед». Символическую и информационную поддержку периодически оказывает Департамент культуры и туризма Новгородской области. Несколько ниже уровень социокультурной активности у Комитета культуры и молодёжной политики Администрации Великого Новгорода (в чём, в частности, можно без труда убедиться, если обратить внимание на информативную наполняемость официального сайта данной структуры[9]). Кроме того, примечателен тот факт, согласно которому на весь Великий Новгород на данный момент известен только один постоянный меценат – Николай Анатольевич Сумароков [10]. Логично предположить, что истинные герои могут держаться вдали от телекамер и печатных СМИ и не афишировать свои имена, но информация о таковых на данный момент мне, как исследователю, не известна. Очень многое в плане ответственности за инициирование, инвестирование и дальнейшее развитие различных литературных проектов ложится на плечи конкретных неравнодушных организаторов[11], а отнюдь не на административные структуры, которые зачастую от реальных (а не надуманных!) культурных проблем в развитии города попросту пытаются дистанцироваться, ссылаясь то на дефицит бюджетных средств, то на нехватку в их составе квалифицированных кадров, то на что-либо ещё. На самом же деле, профессиональных и полупрофессиональных творческих кадров, в развитие которых целесообразно вкладывать материально-финансовые средства, в Великом Новгороде вполне хватает, только они в силу различного рода объективных разочарований уже сами стали со временем дистанцироваться от активного взаимодействия с теми или иными чиновниками.

Разумеется, в процессе перечисления различных организаций, способствующих развитию новгородской литературы в целом, необходимо проявить уважение и к непосредственным творцам, организаторам, исследователям … В самую новейшую историю Великого Новгорода в связи с интересующей нас темой, пожалуй, уже достаточно прочно вписали свои имена такие интересные люди (сочетающие именно несколько ролей сразу!), как Александр Алексеевич Кочевник, Владимир Рувимович Исаков, Ирина Геворковна Назарова, Дарья Борисовна Терешкина, Владимир Вячеславович Шадурский, Виктория Николаевна Волкова, Елена Анатольевна Кулешова, Екатерина Михайловна Русина, Анна Геннадьевна Кукушкина … На самом деле, перечисленные авторы – это, образно говоря, лишь верхушка того огромного литературного айсберга, который на данный момент крайне недостаточно изучен экспертами и в каком-то смысле недооценён нашими сегодняшними современниками (в том числе самими горожанами). А ведь именно с подачи этих и многих других людей инициируются не только частные проекты, но и целые литературные секции, объединения, научные сообщества, интеллектуальные клубы.

Критериями же того, что современное литературное объединение развивается в полноценном режиме, на мой взгляд, являются следующие:

1) есть свой официальный сайт или официальная группа в социальной сети «ВКонтакте» (ибо таковая, очевидно, является самой популярной среди всех русскоязычных аналогов), которые регулярно обновляются высококачественной информацией, без лишнего мусора – только тактика и стратегия;

2) каждый месяц делаются новые печатные и электронные публикации членов;

3) также ежемесячно (с разной недельной периодичностью при возможности) руководители объединения организуют заседания, на которых происходят декламация новых творений постоянных участников и их гостей, озвучиваются литературоведческие доклады, звучат добрые пожелания и конструктивная критика со стороны рецензентов и всех заинтересованных слушателей;

4) ведётся активная работа с молодёжью, притоком новых доброкачественных кадров;

5) периодически инициируются новые перспективные издательские и творческие проекты;

6) производится постоянная информационная поддержка для всех участвующих авторов (где и какие именно проводятся мероприятия, в каких конкурсах целесообразно принять участие, с какими ещё людьми желательно познакомиться для пользы дела и т.д.). Этим могут заниматься и специально назначаемый/избираемый заинтересованный куратор, и каждый из участников ввиду наличия времени и желания для этого;

7) ведётся плодотворное взаимовыгодное сотрудничество с официальными СМИ;

8) расширяется позитивная сфера коммуникаций данного литературного объединения с другими государственными, деловыми, культурными и прочими организациями.

К этому перечню, разумеется, можно добавить поиск и нахождение инвесторов, участие в благотворительных акциях и т.д., но в любом случае реализация данных функций целиком и полностью зависит от компетентности и опытности организаторов и каждого из участников.

Снова переходя на личности (в хорошем смысле этого выражения), следует отметить тот весьма примечательный факт, что в процессе активного общения с самыми разными людьми, которые живут в Великом Новгороде с момента своего рождения или приехали сюда из других мест, но полюбили его не менее сильно, чем коренные жители, выясняется следующее: практически каждый третий мой знакомый когда-либо пробовал писать стихи или прозу, где-то печатал свои произведения или выступал с таковыми на тех или иных площадках, а также многие продолжают заниматься этим с разной степенью интенсивности и по сей день. В числе наиболее интересных, на мои взгляд и вкус, авторов (помимо вышеуказанных творцов) можно указать Валерия Павловича Большакова, Виктора Семёновича Куткового, Виктора Петровича Храброва, Елену Анатольевну Есенину, Алину Привалихину, Сергея Арсентьева, Гедонию Брандт, Татьяну Дамрину, Дарью Перевай, Марину Паскуль, Глеба Дружинина, Галину Коршунову, Светлану Горину, Виктора Карпушкина, Елену Петрову, Анну Подран, Дмитрия Евдокимова, Николая Прусакова … Продолжает радовать своими творениями, оставшимися в книгах, и ушедший в мир иной Игорь Александрович Таяновский (1936-2009). Неоднородны их тексты (тем более взятые за разные годы), неоднозначно их исполнение, но если посещать мероприятие за мероприятием, напитываться тем культурным воздухом, который обогащается искренними совместными усилиями, то неизбежно хотя бы временами ощущаешь близость души к тому или иному человеку, развивающемуся в пространстве художественной и прочей литературы.

В числе же более-менее очевидных ПРОБЛЕМНЫХ ГРАНЕЙ развития новгородской литературы начала XXI века можно, на этот раз раскладывая наше повествование по конкретным пунктам, обозначить следующие:

1) проблема степени изученности применительно к теме развития новгородской литературы в начале XXI века. До сих пор неизвестна никакая серьёзная официальная статистика (с конкретизацией названий, ФИО организаторов и прочей необходимой информацией) насчёт того, какое точное количество литературных мероприятий проводится ежегодно и ежемесячно на территории Великого Новгорода и Новгородской области. Полноценные научные обзоры, претендующие на системность и объективность (супротив субъективно ориентированной кулуарности и фрагментированности конкретных организаций), практически отсутствуют. Те обзоры, которые предлагают местные журналисты касательно конкретных мероприятий и творчества литераторов (на анализ литературных процессов в целом по вполне понятным причинам они и не замахиваются), редко когда выдерживают конструктивную критику. Некоторое принципиальное подспорье время от время пытаются составить такие активные и профессиональные блогеры, как Елена Кулешова и Николай Подосокорский в своих «живых журналах» и других интернет-изданиях, но, к сожалению, неравнодушных авторов подобного квалифицированного плана крайне мало. В основном, современные представители местной прессы реагируют по принципу «слышу звон, да не знаю где он», поскольку в массе своей они, судя по всем признакам их публикационных зарисовок, так же, как и обыватели, крайне мало читают ВЫСОКОкачественную литературу и крайне редко общаются с представителями истинной интеллектуальной элиты региона и страны в целом;

2) терминологическая «проблема». Вновь и снова следует, находясь и выступая в разных аудиториях (не только в образовательных учреждениях, где собираются школьники и студенты) прояснять значения, казалось бы, общеизвестных терминов: «культура», «искусство», «литература» … Если этим не заниматься систематически, то уровень хаотической деструктивности и вербально выраженных бессмысленности и нелепицы у населения под натиском продажных СМИ будет только увеличиваться. Выше мы уже установили дефиниции перечисленных концептов;

3) отсутствует полноценная организационная консолидация усилий между авторами, нет отчётливых и системно (а не фрагментарно) ориентированных информационных каналов, направленных на анонсирование конкурсов и возможностей для публикаций. Заинтересованным в продвижении своего творчества авторам приходится буквально по крупицам собирать информацию из разных источников – таких, как официальные группы в социальной сети «ВКонтакте», посвящённые конкретным литературным объединениям, художественным проектам или творчеству конкретных авторов. На официальных страницах литературных объединений бывает крайне мало содержательной исторической информации, но при этом очевидно большое количество самопиара.

Даже любому мало-мальски мыслящему обывателю бросается в глаза недостаточная освещённость (в частности, своевременная и массовая анонсированность) творческой деятельности конкретных новгородских литераторов и литобъединений в местных и региональных СМИ (положительный пример исключения – «Чемодан стихов», даже с некоторым перебором). Сейчас эта тенденция (о которой поэтесса и ведущая «Литературных чтений в Дворянском собрании» Екатерина Русина упоминала ещё в эфире телепередачи Новгородского Телевидения от 18 марта 2013 г.) компенсируется социальными сетями, в частности таким интернет-гигантом, как «ВКонтакте», где с лёгкой руки создаются группы мероприятий, анонсы конкурсов, возможности публикаций и т.д. Главное – не забывать о морально-эстетических фильтрах в процессе поиска необходимой информации по интересующей тематике. Для данной публикации информацию о тех литературных объединениях, с которыми я малознаком или не знаком вовсе, мне приходилось собирать буквально по крупицам, ибо не у всех из них есть официальные сайты или хотя бы официальные (и обновляемые при этом) страницы в социальных сетях.

Открытый активный обмен фото с мероприятий (положительный пример – проект «Нотословие») буквально в ближайшие к нам по хронологии три года, несомненно, усиливает интерес к жизни и творчеству местных творцов. Тем не менее, в основном «по старинке» срабатывают некие междусобойчики, каждая «мышка» стремится добывать информацию только для своей «норки», забывая о великой ценности масштабных коммуникаций (доброкачественных связей не бывает много). Как было указано выше, полноценного системного сбора культурной информации попросту нет (во всяком случае, ни одной организацией эта направленность не афишируется). Одна из причин данного обстоятельства состоит в том, что отсутствует полноценная интеграция авторов, которые могут в силу специфики своих нравственно-психических особенностей воспринимать друг друга и социальное пространство в целом в самых разных ролях или амплуа (самые известные маркеры: «соратник по творческому цеху», «символический соперник», «полезный человек» и т.д.). Соответственно, один из вполне резонных вопросов, которые возникают при анализе данной тенденции, может звучать следующим образом: «Откуда вам черпать информацию, если вы ещё не наработали ДОБРОкачественных связей?»;

4) отсутствие полноценной координации усилий во взаимодействии литературно-творческих объединений и заинтересованных в их развитии лиц. Иногда создаётся ощущение, что более-менее активные активные авторы, сотрудники культурных учреждений, информационные агентства, потенциальные меценаты и непосредственные реципиенты живут словно в параллельных реальностях, хотя, казалось бы, в эпоху тотального Интернета никаких коммуникативных проблем на этот счёт возникать не должно. Исходя из этого, приходится в очередной раз констатировать не только дилемму «низы не могут, а верхи не хотят» (именно в такой формулировке, а отнюдь не наоборот), но и множество других тем, связанных с загрязнением сознания современного среднестатистического человека информационным мусором, всевозможными фобиями, чужими деструктивными стереотипами и т.д.;

5) отсутствие полноценной поддержки авторов со стороны государственных структур (представители различных комитетов города и департаментов области сами нередко жалуются на недостаточное финансирование их структур со стороны нынешнего российского правительства);

6) как уже упоминалось выше, на сегодняшний день в Великом Новгороде широко известен только один постоянный меценат, да и то со своими субъективными, во многом спорными пристрастиями (о вкусах, на самом деле, ещё как спорят; главное – не терять в таких спорах нацеленность на обретение Истины, отрекаясь от своей гордыни);

7) ПРИНЦИПИАЛЬНЫЙ нюанс состоит в том, что современный автор-литератор как творческая личность – это человек, который, как правило, нуждается в более-менее серьёзной экономической поддержке со стороны различных физических и юридических лиц, со стороны культурных организаций в широком смысле слова (государственных комитетов и департаментов, образовательных структур, библиотек, литературных объединений …). Как правило, творческая интеллигенция в России – это люди, которые более или менее свободно научились парить своим Духом над рутиной, но при этом плохо ориентируются в эффективном решении своих коммерческих и сопутствующих им вопросов (к примеру, выгодной защиты своих авторских прав). Исходя из этого, руководство большинства российских издательств и конкретных изданий проводит в корне неправильную политику, согласно которой опубликовать свои произведения может, по большому счёту, любой профан, лишь бы он вовремя оплатил оргвзнос в «соляночном» проекте или тираж собственного авторского сборника в целом.

Согласно же простейшей этической, а одновременно и стратегической, целесообразности, публиковать (тем более массовыми тиражами) необходимо только лучшее, прошедшее профессиональную фильтрацию и экспертное редактирование. Должен развиваться полноценный институт рецензирования, не отягощённый излишней бюрократической волокитой (которую можно наблюдать в ряде научных изданий). На мой взгляд, если ты – добросовестный редактор (= такой, который пропускает в печать только доброкачественные произведения, даже если его взгляды и вкусы в некоторой степени диссонируют со взглядами автора), то обязан придерживаться принципа: отбирай для массового сознания только лучшее, но не забывай платить за это автору законные гонорары и соблюдать его авторские права. Если же у тебя на рабочем столе оказывается «фуфло», то бракуй его не раздумывая, даже если «меценат» обещает за него огромные «бабки». Совесть и честь дороже, а от состояния, содержания души и сознания у твоих современных сограждан зависят и твои собственные успехи, безопасность и всё остальное. Невозможно быть абсолютно здоровым в больном обществе, посему береги морально-нравственное здоровье российской нации, как бы пафосно это ни звучало;

8) состав жюри различных конкурсов (в том числе упомянутого «Чемодана стихов») относительно долгое время может наблюдаться практически один и тот же, а редкие-редкие исключения только подтверждают правила в данном контексте. Действительно, некоторое моральное недоумение временами вызывают примелькавшиеся члены жюри конкурсов, наблюдается весьма мало ротации экспертов (кроме того, часть примелькавшихся «экспертов» на поверку оказывается и не экспертами вовсе). Чем больше заинтересованных профессионалов (специалистов по культурологии, философии, социологии, литературоведению, журналистике, литературной критике и т.д.), неравнодушных граждан задействовано в различных литературных процессах, тем лучше. Как бы ни терзала гордыня конкретных авторов, получающих безвозмездную долю конструктивной критики от более опытных коллег и собратьев по условно выделяемому творческому цеху, самосовершенствование творцов без этой кропотливой коллегиальной работы редко когда возможно, если возможно вообще. Если констатировать объективные факты, то следует, скрепя сердце, всё же, признать, что на сегодняшний день в Великом Новгороде не так уж и много по-настоящему профессиональных литературных критиков, а большинство высококвалифицированных литературоведов из НовГУ и других образовательных структур несколько нередко попросту дистанцировано от анализа именно современной новгородской литературы во всём её жанровом и стилистическом многообразии;

9) некоторый когнитивный и ценностный диссонанс вызывает чрезмерная увлечённость молодых организаторов различных мероприятий новомодными западными веяниями (в частности, уже задействованы чуждые Великому Русскому языку слова «слэм» и «баттл»);

10) ещё одна, весьма принципиальная, проблема – пассивность, равнодушие новгородской публики даже применительно к мероприятиям с бесплатным входом (не говоря уже о том, что такса в 100 рублей при посещении Литературных чтений в НГОМЗ, которые, к тому же, проводятся всего лишь раз в месяц, раз в полтора месяца, – это всего лишь стоимость одного литра относительно хорошего пива для обывателя). В связи с этим встают вопросы приоритета культурных ценностей у новгородцев (грубо говоря, у каждого местного жителя всегда есть выбор: купить отдельную ёмкость с каким-нибудь пойлом или билет на концерт, послушать своих земляков на творческой встрече со свободным входом или в очередной раз завалиться вечером на диване перед «зомбоящиком»), а также дефицита полноценной безвозмездной поддержки со стороны местных информационных агентств и изданий. Одно из немногих удачных исключений в этом правиле – интернет-журнал «Область Культуры». Временами бывает крайне сложно раскочегарить публику, бросаются в глаза гражданская пассивность большей части населения, излишняя концентрация реципиентов на брендах, недоверие к чему-то новому, хоть и интересному. В связи с этим обстоятельством практически каждый календарный год на корню глохнут или замораживаются на неопределённое время интересные литературные проекты (наглядный пример: «Чистый вторник», который организовала замечательная поэтесса и ведущая многих культурных мероприятий Алина Привалихина, приостановил свою деятельность к осени 2015 г.);

11) из предыдущей вытекает следующая «проблема»: нередко организаторы различных литературных проектов останавливаются в самом начале своего пути, наткнувшись на стену гражданской пассивности, непонимания, необоснованной критики каких-нибудь душевнобольных интернет-«троллей» и т.д.;

12) местечковые «тусовки» и междусобойчики априори, да и по факту непосредственных наблюдений, обречены на вялотекущие процессы развития или вообще на полное затухание с течением времени (тем более под натиском житейских бытовых проблем, вплоть до борьбы с масштабной инфляцией, которую сегодняшний предательский госаппарат преодолевать не собирается);

13) далеко не всегда и отнюдь не все авторы более-менее отчётливо осознают, для чего и/или для кого они пишут, публикуют свои произведения, выступают на разных мероприятиях … Иной раз можно наблюдать картину, чем-то напоминающую ажиотаж, возникающий у потребителей во время акции в супермаркете. Дают возможность опубликовать произведения – автор публикует, даже если уже по второму-третьему кругу повторяется своим содержанием. У этой фобии, что чего-то якобы недодадут, несомненно, есть объективные основания, о чём уже была речь выше, однако, под влиянием объективных сложностей, всё-таки, не следует забывать о своих человеческих чести, достоинстве и элементарном авторском самоуважении. При этом, разумеется, не следует впадать в другую крайность, которой также болеют некоторые авторы, изрядно завидующие своим «коллегам по цеху», уже давно опередившим их своими литературными и прочими успехами, – не следует задирать нос и, пытаясь скрыть свои психические комплексы, клеймить все издания и всех издателей без разбору в том, что в них-де, эдаких самородках Земли Новгородской, не рассмотрели истинных гениев. К сожалению, не у всех авторов сформированы полноценное целеполагание и здоровая иерархия ценностей.

Исходя из этого, хочется также заострить внимание реципиентов на том, что так же, как и в современной педагогической сфере, испытывающей на себе не меньшее количество кризисных изменений, не суть важно, сколько человек пришли вас послушать и увидеть на определённой литературной или окололитературной площадке. Не имеет особого значения тот факт, находится перед вами один человек или битком набитый зал, поскольку мы не знаем наверняка даже половины всех последствий того, чем мы занимаемся, что мы творим. Бывают такие ситуации, когда мнение одного человека по качеству гораздо выше, весомее и жизненно важнее для нас, чем хор аплодисментов целой толпы, орущей «бис!». По моему глубокому убеждению, Истинный Творец – это тот, кто способен вовремя отвлекаться от внешних раздражителей и вовремя воссоединять свою глубокую связь с Богом, со Вселенской Энергией. Самое важное для авторов, которые в определённый момент своей жизни приняли решение о выходе к широкой публике, – это постоянное управление своими чувствами и эмоциями во благо себе, своему Роду и человечеству в целом, неустанное самосовершенствование. Иначе никакого смысла в литературном успехе нет и быть не может. Не нужно цепляться за старые строчки и пытаться шлифовать их заново, спустя годы или даже десятилетия; самое важное – ПОЛНОЦЕННО, ПОЛНОКРОВНО жить ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС. Хорошее подспорье составляет в связи с этим известный афоризм: «Не держи то, что естественным образом уходит, и не отталкивай то, что целесообразным способом приходит к тебе». Строчки становятся совершеннее не столько потому, что автор ещё лучше отшлифовал свою технику, обогатил словарный запас, сколько по той причине, что он САМ, изнутри себя за определённое время вырос. Чем опытнее Автор с большой буквы, тем совершеннее его творения. Следует помнить о том, что жизненный опыт – это не какая-то пресловутая сумма впечатлений, эмоций, знаний, не свалка всего ранее увиденного, услышанного и т.д., а именно осознанная совокупность постигнутого внутри и снаружи личности вплоть до настоящего момента. Опытный человек – это тот, кто усвоил определённые жизненные уроки; при этом биологический возраст далеко не всегда имеет решающее значение. Гораздо важнее возраст нравственный.

Часть авторов, по всей видимости, действительно, не понимает, что именно она пишет, с какой целью и для кого. Было бы замечательно, если бы в таких случаях всегда срабатывала какая-то тонкая интуиция, гармонично организованная связь с Космосом, Богом (она, действительно, не всегда нуждается в каких-то рационализированных словах и действиях), однако зачастую такой диалектики физики и метафизики мы не обнаруживаем, а видим лишь хаос и нравственную незрелость конкретных авторов, которых временами заносит то в какую-то сумбурную нелепую мистику, то в истерические матерные вопли.

Опытному высококвалифицированному литературоведу совсем не обязательно перелопачивать все тонны информационного шлака, который сейчас печатается в издательствах и публикуется в сети Интернет всеми авторами Великого Новгорода и Новгородской области. Иногда реальному (а не самозваному) эксперту достаточно изучения всего лишь одного-единственного произведения, чтобы понять, что какой-то конкретный автор пишет недоброкачествнную прозу (к примеру, излишни акцентуация на «чернухе» или своих надуманных переживаниях, травмах детства и т.д., с которыми нужно, на самом деле, идти к хорошему психологу, а не к очередному спекулянту-издателю) или конкретная «поэтесса» транслирует крайне подозрительные стихи (как вариант: тратит уйму строк и, соответственно, нашего читательского внимания на то, что продолжает сокрушаться о том, как после некого её ухажёра – не путать с возлюбленным, ибо психологическую идентификацию выдают и сами слова, и то, что ощущается между строк! – не осталось в её коллекции ни вещей, ни фото, ни детей …; хотя, по идее, ей бы надо радоваться тому обстоятельству, что она не оказалась подцепленной на «энергетические крючки или якоря» и может смело начинать новые, более полноценные отношения). Разумеется, мы должны сделать оговорку по поводу того, что автор может совершенствоваться в жизни и, соответственно, эволюционировать в своём творчестве. Однако, с другой стороны, общеизвестно, что с возрастом амплитуда динамических колебаний психики, как правило, становится всё меньше и меньше. Огромный эволюционный путь может пройти автор в своих творениях, публикациях, например, от 14 до 34 лет, но вот после 50-ти личностные изменения у большинства людей уже не столь существенны, как раньше. Исключения же всего лишь в очередной раз подтверждают статистически вычисляемые правила;

14) Имитация литературной деятельности в различных литературных союзах вместо самой полноценной деятельности. Не следует впадать в крайность в стиле «поэт Анатолий … посетил Детский дом и исполнил для воспитанников своё любимое авторское стихотворение» (что одновременно является и попсовой профанацией благотворительности, ибо истинное добро чаще всего творится без привлечения СМИ) или «делегация такого-то подразделения такого-то суботделения такого-то литсоюза почтила своим присутствием могилу известного в Новгородской области классика» (важно то, что душа классика уже давно перевоплотилась или обитает в других мирах, а месту захоронения тела от визита этих самозваных пиарщиков проку мало). К тому же, о ЖИВЫХ авторах в первую очередь заботиться надо, а не вскрывать без ведома ушедших их дневники, личные переписки и т.д. Именно ЖИВЫМ надо помогать словом / советом, делом / взаимодействием, да и чего греха таить – простым рублём (причём это – пожалуй, меньшее, что может сделать реципиент в нравственно-эстетическом ракурсе) …

15) определённые неудобства и двусмысленности могут вызывать в душах и умах авторов возрастные ограничения, присутствующие в регламенте проведения конкретных мероприятий (в частности, городской конкурс «Осенняя палитра» подразумевает участие авторов в возрасте до 30, позже организаторы расширили диапазон до 35 лет);

16) не всегда оригинальны названия мероприятий и конкурсов. К примеру, словосочетание «Осенняя палитра» было многократно использовано и организаторами литературных чтений в НГОМЗ (ноябрь 2013 г.), и учредителями городского конкурса творческой молодёжи (2007-2016), и новгородскими художниками (вариация – «Палитра осени» – выставка живописи в декабре 2012 г.), и организаторами городского фотоконкурса (2011-2016 гг.) и т.д. На самом же деле, в этом плане всё элементарно: для того, чтобы быть оригинальными, достаточно просто перед инициацией нового проекта «прошерстить» местные СМИ («53news», «Ваши Новости», общественно-политический еженедельник «Новгород», «Новгородские Ведомости», «Новгород.Ру», сайты новгородских библиотек и т.д.);

17) некоторая часть местных авторов чрезвычайно ранима к критике в адрес их произведений, тем более если критика (пусть даже конструктивная) исходит от их близких. На самом деле, следует отдавать себе трезвый отчёт в том, что любой культурный продукт (и, в частности, литературное произведение) всего лишь фиксирует определённую грань (в лучшем случае – много граней) миропонимания, но даёт исчерпывающие смыслополагающие ответы далеко не всегда. Форму можно шлифовать до бесконечности в зависимости от поставленных целей и задач, а вот уровень постижения Смысла Жизни должен повышаться постоянно, посему цепляться к своим старым произведениям – привычка крайне вредная, способствующая застою, а не личностному развитию автора. Не всегда и не всё следует принимать как «истину в последней инстанции», поэтому неуверенным в своих силах авторам следует дать следующие рекомендации: спокойно относитесь к критике, взвешивайте и проверяйте содержание замечаний в адрес ваших творений; что-то шлифуйте, исправляйте, что-то оставляйте неизменным в зависимости от глубины здравого смысла, профессиональной квалификации, уровня саморазвития и прочих критериев определения того, что ваш критик достоин внимания.

В качестве установленных ТЕНДЕНЦИЙ развития новгородской литературы в начале XXI века выделим следующие:

1) прогрессивное развитие (хоть и далеко не всегда оправдывающее ожидания разных творцов и реципиентов), несомненно, наблюдается. Новгородцам есть с чем сравнивать: в сопоставлении с тем состоянием, которое было, к примеру, 10-15 лет назад (когда на весь город активно выступала всего лишь пара-тройка более-менее оригинальных и настойчивых «бардов») процесс развития новгородских литераторов в целом интенсифицировался. Появились новые литературные объединения, происходит гораздо более активная интеграция усилий авторов и городских библиотек, наблюдается приток свежих, молодых кадров, часть из которых не только оправдывает, но и превосходит ожидания своих символических наставников;

2) некоторые авторы, неизбежно отпочковываясь от уже устоявшихся литобъединений, организовывают свои собственные, но получается это у них с переменным успехом. Одной из причин таковой нестабильности является отсутствие концентрации внимания инициаторов на каких-то чётких целях и задачах, распылённость их энергии сразу на несколько литературных (или окололитературных) проектов, отсутствие конструктивной настойчивости. Впрочем, всё необходимое при желании, терпении и трудолюбии приходит с опытом. На любые новые инициативы (уже под свою персональную ответственность) автора должна сподвигать не гордыня, а реальное отчётливое видение необходимости личностных и социокультурных перемен и обновление литературного пространства города. Когда человеку становится невыносимо тесно в какой-то конкретной организации, он имеет полное моральное право организовать свою собственную систему;

3) любой по-настоящему ДОБРОкачественный проект проходит проверку временем, которая подразумевает и такое испытание для авторов и организаторов, как «огонь, вода и медные трубы». Огонь – это пламя страстей (гордыня, тщеславие, кумиромания и т.д.), которые время от времени пытаются сжигать каждого автора изнутри и низвергать его в пучину страданий (о том, что источником страдания являются страсти, вещал ещё, как минимум, Будда Сидхартха в Капилавасту); вода – это деньги, которые приходят и уходят, но от привязанности к которым, от нацеленности на коммерческий результат (супротив творческой самореализации) автору легче точно не становится; медные трубы – это лесть, провокации и многое-многое другое, что объективно льётся с самых разных информационных (СМИ) и межличностных щелей, создаёт вредную шумовую завесу, от которой необходимо вовремя уединяться на Природе и восстанавливать душевно-духовное равновесие;

4) все более-менее разумные авторы с течением времени приходят к выводу о том, что различные интеллектуализмы – это хорошо, но без должного душевно-духовного развития они теряют всяческий смысл. Истинно талантливый или даже гениальный Автор – это гармонично развитый человек, для которого теория и практика равноценны. Важно не только воспитание, но и самовоспитание; не только образование, но личностное совершенствование. Чем духовно чище и богаче творец, тем более полезные для себя и общества в целом произведения он создаёт;

5) благодаря настойчивым организаторам проводятся новые интересные эксперименты на окололитературном пространстве: «Открой рот!», «Поэтические слэмы», «Нотословие», «Стихобаттлы» и т.д.;

6) Мало-помалу усиливаются положительные интеграционные процессы в сфере новгородской культуры и, в частности, литературы. Становятся всё более известными примеры интересного симбиоза разных проектов; в качестве примера данной тенденции и одновременно перспективы можно привести недавнее «Нотословие», которое проходило в Дворянском собрании Новгородского Государственного Музея. Соединение инициатив таких организаторов музыкально-литературных мероприятий, как Екатерина Русина, Эльвира Манукян, и основателей арт-проекта «KVADRAD» (Александр Поморжанский и Светлана Авдеева) даёт новые стимулы для развития культурного пространства Великого Новгорода.

Тенденции – это направления для дальнейшего развития, «проблемы» же – это приобретшие хронический характер ситуации, которые должны решаться в контексте движения в символической плоскости «вперёд и вверх».

Что касается ПЕРСПЕКТИВ дальнейшего развития новгородской литературы, то, по большому счёту, если воспринимать их в сугубо положительном, конструктивном ключе, следует выделить данные приоритетные цели и задачи:

1) заинтересованным лицам и организациям следует организовать системную работу по сбору, хранению и распространению информации обо всех литературных объединениях и частных авторах Великого Новгорода и Новгородской области. Настолько, насколько это возможно и не противоречит желаниям и ценностным приоритетам самих творцов. Информационные потоки должны быть доступны широкому кругу реально или потенциально заинтересованных лиц и обновляться систематически. Кроме того, люди, занимающиеся обработкой, хранением и распространением информации о литературе Новгородской области, должны обладать высоким уровнем развития профессиональных качеств; любая же информация любительского характера должна проверяться, уточняться и т.д.;

2) следует организовать целую систему экспертных усилий, направленных на создание исследовательских трудов по интересующей нас теме (от кратких хронологических обзоров исторического характера до серьёзных культурологических интерпретаций);

3) необходимо более серьёзно подходить к той деятельности (собственно литературной, организационной, коммуникативной и т.д.), которой занимается автор. От посиделок и досужих разговоров абы о чём следует оттолкнуться в сторону большего профессионализма, более высокого уровня искусства. Для этого, разумеется, необходимо постоянно учиться чему-то положительному новому, а не вариться в собственном соку;

4) несмотря на условия несколько огламуренного, но всё ещё диковатого капитализма в нашей стране, всё же, следует осознавать себя в качестве части единого социального организма, пестовать, взращивать «искусство в себе, а не себя в искусстве»;

5) организаторам и авторам следует и дальше интенсифицировать и интегрировать уже активированные ими процессы общения друг с другом и агрегации полезной информации, как минимум, в своих официальных группах в социальных сетях и на различных сайтах;

6) всем литературным объединениям (лидерам таковых и всем остальным членам), стремящимся к хотя бы относительному совершенству, необходимо выработать полноценную выдержку, концентрацию на общих конструктивных целях. Этому способствует серьёзная систематически проводимая организационная и мотивационная работа; одним из инструментов может быть определённым образом сформированная идейная программа. С одной стороны, она будет ещё больше сближать уже не случайно сошедшихся в одних пространстве и времени авторов; с другой стороны, подчёркивать интересную специфику каждого из литературных объединений. На сегодняшний же день показательными маркерами таковой специфики является, по большому счёту, только определённая нюансированная харизматичность конкретных организаторов; что касается прочих участников, то они, по большому счёту, просто переплывают время от времени, как смелые рыбки, из одной литературной артерии города в другую. Нельзя забывать такой принцип, как «рука руку моет» (в хорошем смысле этого словосочетания, а отнюдь не в плане оголтелого и нередко слепого панибратства), следует помнить о необходимости товарищеской взаимовыручки и развитии чувства эмпатии к ближним своим, а через это – уже и к относительно абстрактным дальним;

7) при всём великом многообразии идей, которыми буквально фонтанируют некоторые непосредственные творцы и идейные вдохновители различных проектов, необходимо, всё же, ставить перед собой реальные цели. Не только мечтать о, казалось бы, невозможном (что нисколько не возбраняется), но и формулировать разумные планы, и предпринимать реальные шаги на пути к достижению объектов своих мечтаний. Впрочем, эта рекомендация нисколько не отменяет ценность самого процесса движения, радость от прохождения духовно-интеллектуального Пути;

8) даже если вы целенаправленно стремитесь к тому, чтобы максимально успешно самореализоваться в контексте современной литературной деятельности, жаждете наладить полноценную карьеру в связи с таковой, не стоит игнорировать и забывать необходимость авторской солидарности, и опять же, эмпатии. Можно официально не состоять ни в одном литературном объединении, но при этом быть достаточно активным и неравнодушным гражданином, патриотом своей Родины. Авторов на Новгородчине объективно много (в частности, как уже упоминалось, стихи пишет или когда-либо писал практически каждый третий из моих знакомых), посему минимальная поддержка таковых (хотя бы элементарная информационная) с вашей стороны не должна повредить ни им, ни, тем более, вам. Отталкиваясь от притчи, согласно которой нет особого смысла в том, чтобы пытаться стать самым сильным (ибо всегда найдётся тот, кто ещё сильнее) или самым умным (ибо с течением времени найдётся тот, кто ещё умнее), следует нацеливать себя на то, чтобы стать самым добрым (ибо если найдётся тот, кто добрее вас самих, то от этого вы точно ничего не потеряете, а даже во многом обогатитесь), с единственной оговоркой о том, что по-настоящему высококультурный человек, всё-таки, предпочитает сравнивать не себя и кого-то ещё, а себя с самим собой. Принципиально важно периодически проводить параллели на тему того, какими мы были (что знали и умели, с кем общались, что имели и т.д.), какие мы есть сейчас и какими мы ещё можем стать в дальнейшем. Совершенствование не знает границ, но самое главное – это следовать Истине, согласно которой «Бог есть Любовь»; исходя из этого, по-настоящему талантливый или даже в чём-то гениальный автор – это тот, кто не слишком увлекается «писанием в стол», но и не стремится выплёскивать в строках и на сцене всё подряд из души своей (в том числе сиюминутные слепые эмоции). Истинный творец – это тот, кто ищет и хотя бы на время находит гармонию с Творцом вообще всего живого на этом свете. Все связаны со всеми, прямо либо косвенно, непосредственно или опосредованно, – принципиально важно помнить об этих причинно-следственных связях в процессах своего творчества. Нет ничего зазорного в том, чтобы время от времени в корректных формах стимулировать, подталкивать к новой активности, напоминать о диалектике бренного и Вечного, а также о старых и новых проектах, своим собратьям по перу и сцене;

9) практически каждый год в Великом Новгороде появляются какие-то новые литературные проекты и объединения, что, разумеется, необходимо усиливать и поддерживать всеми возможными и доступными средствами (с акцентуацией на повышении качества продукции, разумеется);

10) желательно проводить дальнейшую интеграцию различных проектов, которые уже начаты, не бояться экспериментировать в пространстве коммуникаций и взаимного обмена своим опытом (вышеупомянутый положительный пример – февральский симбиоз «Литературных чтений в Дворянском собрании» и «НотоСловия»);

11) необходимо время от времени заново преодолевать инертность мышления, зацикленность сознания на уже освоенных горизонтах, адаптироваться ко всевозможным субъективно-объективным изменениям в оперативном режиме, развивать гибкость мышления. Даже упоминавшаяся пассивность публики, иллюзорная видимость отсутствия спроса на культурные продукты не должна сбивать с толку. «Ищущий да обрящет» своих спонсоров, благодарных читателей, слушателей и т.д.

В общем и целом, каждая из обозначенных нами выше проблем – это и есть перспектива для дальнейшей разработки внешних объектов и собственного личностного развития. Можно только радоваться тому обстоятельству, что в обозримом будущем без творческой, просветительской, организационной, издательской и прочей работы в интересующем нас контексте мы точно не останемся.

В качестве промежуточного итога необходимо отметить тот факт, что развитие научной литературы в Новгородской области – отдельная тема, не менее ёмкая и интересная, чем вышеописанные процессы, связанные преимущественно с литературой художественной.

Список источников и ресурсов 

1. Богданова, Ольга Владимировна. Постмодернизм в контексте современной русской литературы (60 – 90-е годы XX века – начало XXI века) [Текст] / О. В. Богданова. – СПб. : Филологический фак. СПб. гос. ун-та, 2004. – 716 с. – (Филология и культура).
2. В библиотеке прошла публичная лекция [Электронный ресурс] // Официальный сайт Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеки. – Режим доступа: http://reglib.natm.ru/newsite/index.php/1690-v-biblioteke-proshla-publichnaya-lektsiya. – Дата публикации: 16.02.2017.
3. В НовГУ начала работу Международная научная конференция «Художественные традиции в русской литературе 20-21 веков» [Электронный ресурс] // Великий Новгород – интернет-портал города и региона. – Режим доступа: https://news.novgorod.ru/news/118225/. – Дата публикации: 26.09.2013.
4. Гуреев, М. В. Развитие новгородской литературы в начале XXI века: тенденции, «проблемы», перспективы. Электронная презентация [Электронный ресурс] // Официальный канал «Максим Вячеславович Гуреев». – Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=q7Z-IQ57a-o
5. Деева Д. Поэтические баловники [Электронный ресурс] / Диана Деева // Общественно-политический еженедельник «Новгород». Приложение «АРТ-Новгород». – Режим доступа: http://gazetanovgorod.ru/gazety/art-novgorod/13210-poeticheskie-balovniki.html. – Дата публикации: 26.03.2015.
6. Интернет-журнал «Область Культуры» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://okultureno.ru/
7. Краеведение: книги, статьи и т.д. [Электронный ресурс] // Официальный сайт Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеки. – Режим доступа: http://irbis.reglib.natm.ru/cgi-bin/irbis64r_13/cgiirbis_64.exe?LNG=&C21COM=F&I21DBN=KRAY&P21DBN=KRAY&S21FMT=&S21ALL=&Z21ID=&S21CNR=
8. Кулешова Е. Стеклянный капсюль в гранате [Электронный ресурс] / Елена Кулешова // Общественно-политический еженедельник «Новгород». Приложение «АРТ-Новгород». – Режим доступа: http://gazetanovgorod.ru/gazety/art-novgorod/8592-steklyannyj-kapsyul-v-granate.html. – Дата публикации: 14.02.2013.
9. Левиков Ю. Новгородский Союза писателей ищет новые имена [Электронный ресурс] / Юрий Левиков // Официальный сайт Новгородской Государственной Теле- Радио- Компании. Раздел «Новости: Общество». – Режим доступа: http://novgorod.rfn.ru/rnews.html?id=28457&cid=7. – Дата публикации: 2.11.2009.
10. Литературная карта Новгородской области. Литературные творческие объединения [Электронный ресурс] // Официальный сайт Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеки. – Режим доступа: http://reglib.natm.ru/libmap/modules.php?id=10&name=Lib_map&op=choose_reg_memorials_detail&rid=13&tbl=institutions.
11. Литературное объединение в городе Боровичи [Электронный ресурс] // Официальный сайт Комитета культуры и туризма Администрации Боровичского муниципального района. – Режим доступа: http://www.borculture.ru/literatura/literaturnoe-obedinenie/page-2.
12. Литературные журналы Новгородской области. Все выпуски 2014-2015 [Электронный ресурс] // Интернет-журнал «Область Культуры». – Режим доступа: http://okultureno.ru/journal/view?id=761
13. Материалы конференции «Новгородское литературное краеведение: знаковые имена» / Великий Новгород, 24 ноября 2015 г. ; отделение Российского Исторического Общества в Великом Новгороде, ГБУК «Новгородская Областная Универсальная Научная Библиотека», ФГБУК «Новгородский Государственный Объединённый Музей-Заповедник» [Электронный ресурс] // Официальный сайт Новгородской Областной Универсальной Научной Библиотеки. – Режим доступа: http://reglib.natm.ru/newsite/index.php/resursy/materialy-konferentsii-novgorodskoe-literaturnoe-kraevedenie-znakovye-imena.
14. «Мусатовские чтения» соберут филологов из восьми стран [Электронный ресурс] // «Новгородский портал», лента новостей. – Режим доступа: http://portal.nov.ru/novosti-dnya/item/2065-musatovskie-chteniya-soberut-filologov-iz-vosmi-stran.html. – Дата публикации: 24.09.2013.
15. Официальная группа «ВКонтакте» арт-фестиваля Птица [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club35181551
16. Официальная группа «ВКонтакте» мастера коротких стихотворений Сергея Радова «В несколько строк …» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/sergey_radov.
17. Официальная группа «ВКонтакте» арт-проекта «KVADRAD» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/kvadradmusic
18. Официальная группа «ВКонтакте» «“Во весь голос” – поэтические слэмы в Великом Новгороде» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/nov_slam
19. Официальная группа «ВКонтакте» «Квартирники в “Читай-Городе”» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/bibliokvartirnik
20. Официальная группа «ВКонтакте» «Литературно-музыкальный и художественный салон “Последний четверг”» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club14554471
21. Официальная группа «ВКонтакте» «Литературного клуба на Оловянке» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/event131115342
22. Официальная группа «ВКонтакте» Литературного объединения имени Владимира Кулагина [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/litokulagina
23. Официальная группа «ВКонтакте» «Литературные чтения в Дворянском собрании» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/event58185436
24. Официальная группа «ВКонтакте» «НЕлитературные чтения у фонтана» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club70994036
25. Официальная группа «ВКонтакте» новгородского отделения «Союза писателей России» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/spr53
26. Официальная группа «ВКонтакте» Новгородской школы стихосложения [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club132178525
27. Официальная группа «ВКонтакте» поэтического конкурса «Чемодан стихов» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/event110227542
28. Официальная группа «ВКонтакте» проекта «Живая Библиотека: Великий Новгород» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club55025081
29. Официальная группа «ВКонтакте» проекта «НОТОСЛОВИЕ» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/notoslovie_group
30. Официальная группа «ВКонтакте» «Стихобаттлы в Великом Новгороде» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club80395719
31. Официальная группа «ВКонтакте» шоу-студии и театра танца Елены Есениной [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/showladylike
32. Официальная страница «ВКонтакте» литературно-музыкального салона «Муза» (город Боровичи). [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club48346014.
33. Официальная страница «ВКонтакте» литературного объединения «Лира» (город Пестово) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/club37081025.
34. Официальная страница «ВКонтакте» чемпионата чтецов «Открой рот!» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://vk.com/rotnovgorod.
35. Официальный сайт Департамента культуры и туризма Новгородской области [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://culture.natm.ru/
36. Официальный сайт Комитета культуры и молодёжной политики Администрации Великого Новгорода [Электронный ресурс]. – Режим доступа: культура.новгород.рф
37. Официальный сайт литературного объединения «Спектр» (город Малая Вишера) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://litospektr.narod.ru/.
38. Официальный сайт Муниципального бюджетного учреждения культуры «Библионика» (Великий Новгород) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://biblionika.info/
39. Официальный сайт Пионерской Организации Лёни Голикова (ПОЛГ) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.polg2.narod.ru/.
40. Официальный сайт ФГБУК «Новгородский Государственный Объединённый Музей-Заповедник» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://novgorodmuseum.ru/
41. Потапова, С. Даритель статуй и стихов [Электронный ресурс] / Светлана Потапова // Независимое педагогическое издание «Учительская газета». – Режим доступа: http://www.ug.ru/guest/190. – Дата публикации: 11.11.2014.
42. «Сезон тёплых зим или Доброе Волшебство (part 2)». Официальная группа «ВКонтакте». – Режим доступа: https://vk.com/event84394104.
43. Страница Литклуба при НовГУ имени Ярослава Мудрого [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБОУ «Новгородский Государственный Университет имени Ярослава Мудрого». – Режим доступа: http://www.novsu.ru/org/litclub/
44. Точка зрения. Евгений Щербаков [Электронный ресурс] // Новгородское Телевидение. – Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=GUvszxNDMPU. – Дата публикации: 25.03.2013.
45. Точка зрения. Екатерина Русина [Электронный ресурс] // Новгородское Телевидение. – Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=GggjEpxg208. – Дата публикации: 18.03.2013.

Решение проблем организованной преступности в современном мире.

Для изучения данной проблематики представляется необходимым взять максимально адекватное определение той совокупности объектов, феноменов и процессов, которые соответствуют организованной преступности. Нам представляется наиболее уместной в этой связи трактовка соответствующего понятия, осуществлённая А.К. Бекряшевым, И.П. Белозеровым и Н.С. Бекряшевой; согласно таковой организованная преступность – это:

1) сложные/структурированные уголовные виды деятельности, осуществляемые в более-менее широких масштабах организациями и другими социальными группами, имеющими определённую внутреннюю структуру, получающими весомую финансовую прибыль и приобретающими ту или иную власть путём создания и эксплуатации рынков незаконных товаров и услуг. Подразумевается более-менее широкий спектр преступлений, зачастую выходящий за пределы государственных границ и связанный не только с очевидной коррупцией политических и прочих общественно значимых деятелей, банальным получением взяток или реализацией тайных сговоров, но также и с серьёзными угрозами, запугиванием и насилием по отношению к тем, кто пытается остановить данные деструктивные процессы;

2) относительно массовая группа структурно устойчивых сообществ преступников, управляемых определённым центром, занимающихся преступлениями как промыслом, средством для своего жизнеобеспечения и создающих специфическую систему защиты своей организации от внешнего социального контроля за счёт более-менее активной эксплуатации таких противозаконных средств, как насилие, запугивание, коррупция, фальсификация фактов и крупномасштабные хищения.

Указанные выше исследователи вполне правомерно выделяют также организованную преступность корыстного типа («mercenery crime»), под которой понимается организованная преступная деятельность, осуществляемая субъектами с целью получения непосредственной финансово-материальной выгоды для себя. Она связана с совершением таких преступлений, как кражи, грабежи, рэкет, мошенничество, вымогательство и другие [1].

Современный криминолог Я.И. Гилинский совершенно верно отметил, что организованная преступность, как паразитический элемент общества, буквально вплетена в его ткань и вполне закономерно переплетается с другими структурными элементами – прежде всего с экономикой и политикой. Также возможны манипуляции массовым сознанием в социальной (пиар псевдо-меценатов и прочих «благотворителей») и культурной (популяризация, символическая легитимация своего деструктивного образа жизни[2]) сферах жизни общества. По мнению данного исследователя, об организованной преступности как специфическом социальном феномене (а не просто как о совокупности преступных организаций, которые существуют в разных странах не одно столетие подряд) можно рассуждать только тогда, когда она начинает достаточно серьёзно влиять на экономику и политику конкретной страны [3]. К сожалению, описанная конъюнктура до сих пор присуща и современной России.

Вполне очевидно, что общая проблема организованной преступности в современном мире распадается в нашем восприятии на много частных подпроблем. Разумеется, что для решения общей проблемы необходимо решить все её условно выделяемые структурные составляющие. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что стремительный рост различных видов организованной преступности является вполне закономерным следствием серьёзных проблем в политическом, социально-экономическом и, разумеется, духовном развитии общества. По большому счёту, практически все проблемы общества проистекают из нерешённости тех проблем, которые проявлены в морали тех или иных социальных институтов и социальных групп, а также в уровне развития нравственности конкретных граждан.

На взгляд различных экспертов по социологии, юриспруденции и другим социогуманитарным исследованиям, в современных условиях развития человеческой цивилизации наибольшую опасность представляет собой так называемая теневая экономика. По оценкам конкретных авторов, масштабы и тенденции её развития деформируют моральные устои общества, девальвируют смысл и значение осуществляемых в стране социально-экономических реформ, являются серьёзной угрозой столпам полноценной государственности. Особые опасения вполне закономерно вызывают правонарушения и преступления в экономической сфере, экономическая деятельность теневого, нелегального характера, ведущие к дестабилизации экономической системы общества в целом. Масштабы влияния теневой экономики на все стороны жизни общества таковы, что противоречия между цивилизованной, легальной и преступной хозяйственной деятельностью превращаются из второстепенного по своему значению в существенное социальное противостояние. Происходят активные образование и воспроизводство параллельных по отношению к официальным социально-экономических структур криминальной ориентации, способных при сохранении существующих тенденций подчинить себе бóльшую часть ресурсов страны. Впрочем, на сегодняшний день уже достаточно сложно определить с первого взгляда, где заканчивается преступная деятельность маргинальных группировок и начинается деструктивная деятельность конкретных представителей самого государства: слишком тесно переплелись друг с другом паразитические антигуманные ориентации той и другой тенденций. Отдельные политические партии иначе, как преступными синдикатами, разросшимися «спрутами» и не назовёшь.

По мнению некоторых правоведов, особую опасность для общества представляют организованная и экономическая преступность, которые стали реальной угрозой устоям государственности как таковой. Для организованной преступности экономика является приоритетной сферой деятельности, так как именно в контексте её развития возникли и сохраняются практически неограниченные возможности для очень динамичного незаконного обогащения, казалось бы, безнаказанного паразитирования на издержках и трудностях экономических преобразований (которые были инициированы ещё в начале 90-ых годов ХХ века другими паразитами – бюрократами и первыми олигархами), накопления огромных финансовых фондов, эксплуатируемых конкретными акторами и группировками для решения их широкомасштабных задач, вплоть до политических.

На сегодняшний день уже ни для кого не секрет, что современную российскую экономику отличают определённое несовершенство социально-экономических отношений, излишняя ориентация коррумпированных политиканов на экспорт ценного, в том числе невосполнимого, природного сырья, высокий уровень энтропии социально-экономической среды, обусловленный гипертрофированной множественностью разноуровневых хозяйственных связей, определённая сложность системы сформировавшихся рыночных отношений, относительно слабая упорядоченность и бессистемность правовых норм, регулирующих отношения в экономической сфере. Исходя из этого бизнес, с одной стороны, не может не балансировать на грани нарушения законодательных норм, поскольку далеко не всегда имеются отчётливые юридические ориентиры правового поведения акторов экономических отношений; с другой стороны, ведущие сферы и отрасли современной российской экономики не могут развиваться поступательно и сбалансированно, поскольку далеко не всегда экономические ориентиры эффективного хозяйствования подкреплены организационно-правовым и экономическим механизмами их воплощения. Как минимум, одни только указанные факторы повышают степень уязвимости экономики для недобросовестных участников экономических отношений, с одной стороны, а с другой – обусловливают неэффективность экономики в целом, её неспособность обеспечить надёжную и прочную экономическую базу функционирования отечественного государства, сформировать необходимые условия полноценной жизни миллионов россиян, русскоязычного населения.

Другой из частных подпроблем общей проблемы организованной преступности является пропаганда неэффективного или даже очевидно деструктивного, зловредного образа жизни граждан в средствах массовой информации. В современном мире проблемы организованной преступности во многом обусловлены халатным или бездарным отношением конкретных представителей властных структур к СМИ, к тому, какие духовные (в частности, моральные и эстетические) и антидуховные ценности они тиражируют для восприятия массовым сознанием. Разумеется, исходный рост преступности вызван глубокими экономическими и социальными проблемами общества, но, тем не менее, было бы крайне глупо редуцировать всю жизнь общества только к этим сферам человеческой деятельности, игнорируя роль и влияние культурно-агитационного фактора, а также общего актуального уровня культуры в нашем обществе.

Механизм трансляции определённых ценностей и стереотипов поведения не так уж и сложен для того, чтобы им могли руководить только представители PR-профессий (которые, к тому же, сами зачастую оболванены предыдущими витками развития тлетворной пропаганды антисоциального образа жизни). Несмотря на то обстоятельство, что минимальная культурная цензура, закреплённая на государственном уровне правящими элитами, вполне могла бы послужить хотя бы первым стратегическим импульсом к снятию опухоли бандитского образа жизни на менталитете нации. Преступность – это «свойство общества, образа жизни людей, сложившегося на убеждении выгодности совершения преступлений» [4]. Следовательно, если выгодность совершения преступлений постоянно транслируется, можно даже сказать – рекламируется, в средствах массовой информации, то и уровень соответствующих убеждений более или менее быстро возрастает. Вполне очевидным является тот факт, что СМИ являются одним из важнейших инструментов формирования массового сознания, влияния на формирование кредо человека в XXI веке.

Согласно некоторым древним источникам, в конфуцианском Китае свидетелям неподобающего, аморального поведения (например, жуткого оскорбления родителей) императорские воины выкалывали глаза, отрубали уши, отрезали языки и т.п. в зависимости от того, кто что видел или слышал – дабы увиденное и услышанное ими зло не распространилось вследствие молвы далее [5]. Современная же конъюнктура указывает на то, что паразитарный бандитский образ жизни, наоборот, всячески пропагандируется, а не пресекается. Примеры тому: российские кинофильмы и телесериалы «Брат» (1 и 2), «Бригада», «Бумер», «Бандитский Петербург», «Мама, не горюй» (1 и 2); японские боевики с Такеши Китано – такие, как «Сонатина» и «Брат якудзы» (причём далеко не худшие в этом жанре среди прочей бездарной продукции киноиндустрии); гонконгские стрелялки Джона Ву и Чоу Юн Фата (трилогия «Светлое будущее», «Наёмный убийца», «Круто сваренные» и т.д.); в музыкальной же культуре или антикультуре мы можем наблюдать негативное влияние шансона и прочей «блатной» «лирики» (чего, например, стоит одна только песня родом из «нулевых» под названием «Он не знает ничего» со злачным громким припевом «Мама, я полюбила бандита!»). Дурной пример заразителен, и поэтому неудивительно, что статистика правонарушений в конце 90-ых – начале «нулевых» оказалась резко подхлёстнута тиражированием нелегальных и аморальных ценностей в опусах беспринципного шоу-бизнеса. Помимо всех прочих тенденций, бросается в глаза тот факт, что в то время достаточно резко возросло количество преступлений, совершённых подростками, ибо они являются людьми с неокрепшей психикой, первыми, кто склонен к восприятию всего нового и к отвержению традиционных, пусть даже и позитивных установок. Природа не терпит пустоты, поэтому если деятели культуры, в частности искусства, пропагандисты СМИ не транслируют в массы патриотические и иные позитивные установки, то место таковых вполне неизбежно занимают их противоположности, разлагающие общество изнутри. Современная информационная среда – это тот же самый дачный огород по сути своей, где приживаются, цветут и плодоносят только те благородные растения, за которыми Хозяин (или те, кому он делегирует свои полномочия) заботливо, бережно и систематически ухаживает. Сорняки же могут расти и сами по себе, не требуя к себе внимания или, наоборот, подпитываясь негативным вниманием в свой адрес.

Известный американский социолог Роберт К. Мертон (1910-2003), связывавший преступность с другими типами отклоняющегося поведения, исходил из концепции аномии, предложенной впервые одним из основателей социологии Эмилем Дюркгеймом, и создал теорию девиаций, получившую достаточно широкое признание. Что касается такое корифея социогуманитарных дисциплин, как сам француз Э. Дюркгейм, то он развивал понятие аномии в связи с тем тезисом, согласно которому в современных обществах традиционные стандарты и нормы неизбежно разрушаются, поскольку своевременно не заменяются новыми образцами поведения. Аномия возникает именно тогда, когда в определённых областях социальной жизни отсутствуют более или менее ясные стандарты поведения если не для всех граждан, то хотя бы для большинства. Диалектика «большинство – меньшинство», действительно, принципиальна, поскольку далеко не всем людям нужны какие-то внешние указки и ориентиры. Нравственно полноценный человек сам знает, что ему нужно в жизни, для чего и какую ответственность (совокупность всех ответов внешней среды – не только отрицательных, как пропагандируют ханжи, но и положительных) он готов принять на себя в результате тех или иных своих действий или бездействия. Однако, по мнению Э. Дюркгейма, в условиях моральной и прочей неопределённости люди вполне закономерно ощущают и переживают те или иные тревоги, страх перед неопределённостью (вкупе с неизвестностью), исходя из чего, аномия может стать одним из социальных факторов, влияющих на предрасположенность индивидов к совершению ими преступлений [6].

Следующая подпроблема в контексте общей проблемы оргпреступности связана с тем, что каждая национальная общность имеет своих героев и своих мафиози – достаточно вспомнить наиболее громкие примеры японской якудзы, китайских «триад», итальянской «козы ностры» (которой также посвящено немало влиятельных и растлевающих опусов киноиндустрии, начиная, как минимум, с популярной трилогии «Крёстный отец»), русской мафии … Само собой, все эти виды преступных сообществ формировались под воздействием и в контексте определённой системы национальных культурных ценностей, из чего вытекает необходимость индивидуального подхода к ликвидации каждой разновидности мафиозных структур. Только учитывая национально-культурные особенности формирования и развития ОПГ (организованных преступных групп), можно рассчитывать на их искоренение. Ранее на Руси, да и в России до сих пор пользуются определённым народным авторитетом образы, например, разбойников Степана Разина и Емельяна Пугачёва. Идеалы вольного разгульного казачества также наложили свой отпечаток на формирование российской преступности. Не нужно ничего специально выдумывать – достаточно просто вспомнить историю российского народа, чтобы увидеть и понять истоки формирования преступного образа мышления, воплощённого в определённых идейных и организационных рамках. Необходимо поставить мощный идеологический заслон выхолащиванию российской истории и упрощению её до двух-трёх разрозненно взятых культурных образцов. Необходима цензура и на культурные образцы, привнесённые в Россию извне. Предотвращение инородной культурной экспансии – это одна из стратегических задач отечественных служб национальной безопасности. Как подсказывает фольклор, «спички детям не игрушка»: то, что начиналось как символическая шутка в рамках рекламы мобильного оператора «TELE 2» (пародия сценок и сюжетов из гангстерского сериала «Крёстный отец») через прохождение опосредованных звеньев в массовом сознании, грозит вылиться в уже реальные насилие и бандитизм.

Организованная преступность, по определению социологов Ю.Г. Волкова, В.И. Добренькова, В.Н. Нечипуренко, А.В. Попова и прочих специалистов, – это достаточно крупные криминальные организации, выстроенные по определённым бюрократическим принципам и поставляющие обществу в целом либо конкретным социальным группам те или иные нелегальные товары и услуги. Такая форма преступности, как правило, возникает в тех случаях, когда государство вполне резонно объявляет преступными определённые виды деятельности: проституцию, сутенёрство, торговлю наркотиками, порнографию, биржевые спекуляции, ростовщичество, в которых в силу разных причин заинтересованы многие граждане и за которые они готовы платить. В западных цивилизациях организованная преступная деятельность преимущественно осуществлялась сицилийско-итальянским “синдикатом”, получившим название “мафия” или “коза ностра”. Данную крупную группировку можно представить в виде обширной системы или конфедерации региональных группировок, координируемых “комитетом”, состоящим из глав наиболее влиятельных преступных “семей”. Тамошней мафии удалось создать практически всеобъемлющую систему политической коррупции, более или менее успешно применять методы насилия и разнообразного давления в борьбе с правоохранительными органами, конкурентами и “ренегатами”. Воротилы мафии смогли нажить поистине огромные состояния на торговле наркотиками и биржевых спекуляциях, в махинациях с акциями, на развитии индустрии развлечений, а также в строительстве, грузовых перевозках, торговле автомобилями и прочей техникой, вывозе мусора, удалении токсичных отходов, в банковской и страховой деятельности и т.п.

В 80-е годы ХХ столетия в США государство официально объявило мафии беспощадную  и бескомпромиссную войну, которую стало постепенно выигрывать за счёт успешно проводимых расследований и чистки коррумпированных бюрократических кадров: показательный ряд судебных процессов федерального уровня выбил из мафиозной структуры многих лидеров-“ветеранов”. Что касается более молодых членов группировок, то на поверку выяснилось, что они, в отличие от своих предшественников, не столь преданы её делу (что вполне логично вписывается в общий контекст гедонистического, более развращённого, чем раньше, развития буржуазной цивилизации), а проявившая себя серьёзная зарубежная конкуренция в сфере торговли наркотиками подорвала былую экономическую мощь данной мафии.

В данном контексте необходимо отметить, что организованная преступность в США, по сути дела, не является специфической монополией мигрантов из Италии. Как отмечали социологи ещё в 60-е годы предыдущего столетия, ирландские, еврейские и российские криминальные тузы давно сотрудничают с мафией. В Нью-Йорке и Филадельфии “чёрные” группировки и мафия относительно длительное время сообща занимались управлением биржевыми спекуляциями и наркобизнесом. В Сан-Франциско и Нью-Йорке китайские банды неоднократно терроризировали торговцев, взимая с них “дань”, и принимали активное участие в биржевых спекуляциях, грабежах, наркобизнесе и организации проституции. Израильская мафия занималась вымогательством в Лос-Анджелесе, а колумбийские и кубинские торговцы наркотиками стремились заполонить своей “продукцией” штат Флорида [7].

Что касается установления причин появления организованной преступности в Российской Федерации, то, по большому счёту, данный процесс в некоторой степени аналогичен с западным путём развития большинства зарубежных стран. Среди спровоцировавших деструктивные процессы факторов исследователи обозначают следующие: интенсивное разложение бюрократических структур государства на постсоветском пространстве (впрочем, процессы гниения и отмирания партократии начались гораздо раньше, чем фактический распад СССР), наглое нарушение власть имущими принципов социальной справедливости, девальвация ранее устойчивых морально-нравственных и эстетических ценностей, выход людей с неподготовленным сознанием из примитивного состояния “безналоговой” теневой экономики.

Возросшие после Второй мировой войны масштабы организованной  преступности  (среди причин этого процесса как объективная нищета населения и желание выжить любой ценой, так и значительная ослабленность правоохранительных и военных органов государства) стали представлять объективную и очень серьёзную угрозу для безопасности общества в целом. Мафиозные группировки научились адаптироваться к динамично изменяющейся социокультурной среде и усиливать свои позиции посредством монополизации достаточно большого количества различных видов противоправной деятельности. Среди их приёмов и методов можно указать на эксплуатацию отсутствия надёжных механизмов юридической защиты заново формировавшихся рыночных отношений, активное формирование и внедрение новых экономических структур, стремление сохранить господствующее положение в сфере распределения материальных ресурсов и благ путём блокирования процесса патриотически ориентированных реформ.

В целом ряде регионов и конкретных населённых пунктов специфические бандитские формирования, злоупотребляя своей безнаказанностью, а временами и очевидным попустительством правоохранительных органов (часть представителей которых оказалось не так-то сложно подкупить или запугать, шантажировать компроматом и т.п.), стали действовать гораздо более нагло и вызывающе, чем до Второй мировой войны, интенсивно трансформируя обширные географические территории в свои вотчины. «Бароны» и прочие лидеры мафиозных объединений стали контролировать такие высокодоходные виды противоправной и очевидно преступной деятельности, как наркобизнес, проституция, сутенёрство, азартные игры, несанкционированная торговля оружием, коммерческие спекуляции, вымогательство, распространение порнографического контента и некоторые другие. С течением времени изначально примитивные преступления стали уступать дорогу достаточно крупномасштабным преступным акциям, хорошо спланированным и продуманным, глубокому проникновению преступной агентуры через коррумпированные связи в экономическую сферу общества (в частности, в стратегически важную финансовую систему), тактике прямого влияния на политику государства в данной сфере.

Фондовые рынки, биржи, торговые и валютные аукционы, рынок жилья, коммерческие банки, совместные предприятия и иные экономические структуры и подструктуры искушённые преступники стали эксплуатировать как в целях отмывания “грязных” денег, так и для прямого использования самой рыночной экономики в своих корыстных интересах. Преступные формирования, располагавшие достаточно крупными суммами денег, обширным финансовым бюджетом, к 60-ым годам ХХ века завоевывали весьма сильные позиции на внутреннем рынке разных стран, научились осуществлять противозаконные крупномасштабные операции по экспорту сырья, товаров и других средств к существованию.

Принципиальной закономерностью является следующая: авторы крупномасштабных преступных схем (в том числе акций международного уровня) пытаются эксплуатировать в своих интересах разворачивающиеся в разных странах военные действия либо даже сами провоцируют таковые через своих агентов. Иначе говоря, они что-то имеют как с самой войны (как минимум, огромную выручку за нелегальную продажу вооружения), так и с её последствий, далеко не сразу устраняемых государством. Там, где ослаблены армия и органы милиции, вполне предсказуемо начинают прорастать различные «сорняки» и «поганки», организовывать своим «малины» и прочие притоны, что достаточно подробно раскрывается в суперпопулярном советском минисериале «Место встречи изменить нельзя» (1979, режиссёр Станислав Говорухин).

Не такая масштабная, как Великая Отечественная, но, всё же, унёсшая жизни немалой части молодых и не очень молодых советских ребят война в Афганистане (1979-1989), с одной стороны, была инициирована недальновидной частью советской партократии; с другой, – не была прекращена в оперативном режиме именно по причине предательства в высших эшелонах политической власти. Идею о необходимости прекращения данной войны высказывал ещё генеральный секретарь ЦК КПСС Ю.В. Андропов (1914-1984), однако не успел воплотить её в жизнь по причине своего летального исхода. Следующий генсек – К.У. Черненко (1911-1985) – судя по многим историческим признакам, особой самостоятельностью в принятии и реализации стратегических для Страны решений не обладал, был марионеткой в чьих-то «серых лапах», имел плохой иммунитет к придворным интригам (в которых и сам ранее принимал участие) и в итоге для того, чтобы прекратились всяческие положительные сдвиги в Стране, вообще был устранён (отравление копчёной рыбой) [8]. До своей тяжёлой болезни этот генсек даже не попытался прекратить кровопролитную и бессмысленную для Советского Союза войну, на которой наживались тысячи политических и очевидно бандитских паразитов, в том числе и из заморских США.

Что касается деструктивной преступной деятельности М.С. Горбачёва на посту генерального секретаря ЦК КПСС и первого президента СССР, то о ней к настоящему времени создано уже достаточно много научной, научно-популярной и публицистической литературы [9]. Что-то из этих источников злоумышленниками было уже подчищено (в частности, в федеральном еженедельнике «Российские вести»), однако бóльшая часть таковых продолжает находиться в свободном печатном и интернет-доступе. В связи с этими фактами необходимо вспоминать о том, что Конституция Российской Федерации достаточно отчётливо указывает на то, что каждый гражданин России имеет право «свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом» и «гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается» [10].

По факту изучения хотя бы некоторой части многообразия информации о М.С. Горбачёве становится ясно одно: у руля государственной власти на сей раз оказалась не просто марионетка, а вполне очевидный предатель как коммунистической партии, так и всего добропорядочного советского населения в целом. Внедрённый в аппарат партии Ротшильдами, в некоторой степени обласканный не всегда дальновидным Л.И. Брежневым этот персонаж довёл Страну до того, что граждане стали покупать себе элементарную еду строго по талонам и в ограниченных на месяц количествах. Такого святотатства люди не помнили со времён Второй Мировой войны. По вполне понятным причинам война в Афганистане врагом советского народа была затянута на максимальное количество времени и принесла огромные прибыли как зарубежным поставщикам оружия (в частности, ПЗРК «Стингер» из США), так и «опиумным королям» и прочей нечисти. В результате войны, опустошительной для бюджета государства и добропорядочного населения в целом, образовалась та ситуация, которую достаточно точно выразил один из персонажей боевика с карательным уклоном «Америкэн бой» (1992, режиссёр Борис Квашнев): «Пока мы с другими воевали, эта погань <мафия> всю Страну к рукам прибрала».

В 90-е годы предыдущего столетия в России достаточно отчётливо проявил себя следующий процесс: преступный бизнес (в частности, хитроумная и финансово грамотная еврейская мафия) стремился приобретать контрольный пакет акций различного рода предприятий и прочих организаций, создавать собственные производства (банковские и различного рода посреднические/медиаторные организации), внедрять своих агентов и контрагентов во внешнеэкономические структуры и таким образом способствовать формированию преступных международных организаций. Преступные схемы таких одиозных фигур, как Б.А. Березовский, В.А. Гусинский, Р.А. Абрамович, М.С. Черной, А.Б. Чубайс благодаря совершенно идиотской политике Б.Н. Ельцина (предателя и вредителя, по сути дела, не меньшего, чем его бывший оппонент М.С. Горбачёв) накрепко вошли в криминальную историю постсоветской России. Часть фактографического материала на эту тему вошла в полнометражный документальный фильм А. Гентелева «Олигархи» (2004).

Организованная преступность 90-ых годов ХХ века породила множество новых криминальных ситуаций, которые требуют для их грамотного стратегического (а не только узкого тактического) решения неотложных законодательных, оперативных организационно-управленческих мер, а также значительных финансово-материальных ресурсов для оснащения правоохранительных органов и обучения их руководителей и сотрудников эффективным методам борьбы с организованной преступной деятельностью. Должны быть уничтожены раз и навсегда сами преступные синдикаты как структуры, а не просто посажены за решётку на некоторое время отдельные их активисты (после своих отсидок лучше они всё равно в большинстве случаев не становятся и занимаются рецидивом). Одной из причин современных проблем, выявленных в сфере борьбы с организованной преступностью, до сих пор является недостаточно научная  их проработка, отсутствие у многих «блюстителей порядка» ясных представлений об эффективной стратегии, идеологии и психологии таковой борьбы, а также полноценных правовой, криминологической, криминалистической, оперативно-розыскной и культурно-практической концепций. Жизненно необходимы эффективные научные рекомендации, нацеленные на выявление, расследование, раскрытие и, прежде всего, предупреждение различных видов и форм организованной преступной деятельности. Следует с умом использовать весь тот богатый исторический и прикладной опыт, который был накоплен нашими предшественниками в этом деле. Ни для кого не секрет, что теоретическому познанию организованной преступности как юридического и антикультурного феномена в российском обществе предшествовала разносторонняя оперативно-розыскная, следственная и судебная практика.

На протяжении многих лет подряд в отечественной юридической теории наблюдалось стремление различных теоретиков обосновать важность официально манифестируемых политических доктрин и идеологий, что в немалой степени тормозило процесс объективного научного анализа социальной реальности. В конечном счёте, это обстоятельство весьма негативно отображалось и на экспертной оценке фактической расстановки официальных правоохранительных и добровольческих сил в борьбе с преступностью, и на серьёзной теоретической разработке организационных (как тактических, так и стратегических) форм борьбы с преступностью, адекватных таковой расстановке. Проблема организованной преступности не только системно не исследовалась, но даже и не озвучивалась вслух. Априори предполагалось, что органы советской милиции и Комитет Государственной Безопасности вполне успешно справляются с поставленными перед ними задачами и сформулированными целями. Иллюзию подпитывали и интересные художественные фильмы о доблестных сотрудниках правоохранительных органов: трилогия о полковнике Зорине (1970, 1973, 1978), «Инспектор уголовного розыска» (1971), «Контрабанда» (1974), «Сыщик» (1979), «Петровка, 38» (1980), «Огарёва, 6» (1980), «Профессия – следователь» (1982), «Из жизни начальника уголовного розыска» (1983), минисериал «Выгодный контракт» (1979) и т.д.

Именно в этом эксперты и видят одно из опасных противоречий развития общества того времени: в различных его структурах уже вовсю функционировала теневая экономика, определённые эшелоны  государственной/партийной власти были всерьёз поражены коррупцией, внутри СССР и за рубежом функционировали многочисленные связи и каналы, созданные иерархами преступных отношений, однако защитники интересов официальных политических лидеров и ханжеских доктрин не позволяли всё это густое многообразие квалифицировать как организованную преступность и, исходя из этого, разрабатывать и применять эффективные меры/методы борьбы с таковой.

Помимо социально-экономической нестабильности в конкретных странах и регионах, подрыва моральных устоев массового общества одной из причин возникновения организованных преступных групп является также отсутствие актуального и успешно реализуемого морального кодекса для правящей элиты страны. Насколько показывают исторические примеры становления и развития социумов Японии, Западной Европы и других стран и регионов мира, профессиональная кодификация разрозненных позитивных норм поведения и моральных установок в процессе своей динамики приводила к укреплению общественных взаимоотношений и к стабилизации социокультурной обстановки. Японский кодекс Буси-до (Путь Воина) или западноевропейские своды рыцарских правил, насаждаемые правящими элитами, «Домострой» или кодексы поведения отечественного дворянства …, – эти и многие другие примеры неизменно имели своей целью прекращение гражданского хаоса, искоренение преступности и упорядочивание социальной жизни. Однако, не меньшую роль играет следование насаждаемым догмам и самих лидеров, чего, к сожалению, нельзя было наблюдать на примере пропаганды «Морального кодекса строителя коммунизма» [11]. После смерти национального лидера И.В. Сталина, который вёл относительно скромный образ жизни по сравнению со всеми остальными генеральными секретарями ЦК КПСС, наша Страна оказывалась всё более и более расколотой на два лагеря: представители партократии и народ как таковой. Изучением многогранных кризисов общества, в той или иной степени способствующих расширению сфер проникновения преступности, занимался, в частности, известный советско-американский социолог П.А. Сорокин. Его труды позволили последующим исследователям обосновать актуальность и необходимость применения сравнительного подхода для комплексного рассмотрения проблем организованной преступности в соотношении с другими девиантными формами поведения в контексте развития социальных норм морали и права [12]. Помимо этого, известный каждому добросовестному студенту вклад данного учёного в разработку научной категории «социокультура» трудно переоценить: именно через комплексный анализ данного сложного концепта мы можем докопаться до истины, согласно которой ни одна социальная проблема не развивается изолированно от проблем многогранной культуры, в равной степени, как и наоборот.

Что характерно, криминалитет, также, как и правящие элиты, в процессе своего исторического развития стал всё чаще и безапелляционней отходить от норм своего пресловутого кодекса поведения – от «кодекса воровской чести» (требовавшего ранее принципиального отказа от семейной жизни, запрета на сотрудничество с государственными органами, несколько обязательных ходок в колонию, отсутствие постоянного места жительства, отказа от любого труда) и заниматься крупным легальным бизнесом, «засвечиваться». Такого типа «воров в законе» стали именовать «зрелыми». В их среде общения стало модным покупать воровской титул или получать его по рекомендациям коррумпированных чиновников. К примеру, эксперт А.А. Максимов указывает на следующий факт: в одном из подмосковных городов бывший «смотрящий» получил титул «вора» по рекомендации своего близкого знакомого, главы местной администрации. Другая иллюстрация от того же автора: дальневосточный вор в законе «Пудель» (Податев) создал в своё время в Хабаровском крае некий фонд «Единство» и причём вполне официально стал заниматься благотворительностью. Криминального бизнесмена Айдзердзиса «братва», по словам А.А. Максимова, пыталась протолкнуть в депутаты Госдумы, а когда он отказался от сотрудничества с криминалитетом – попросту убила. Главарь  «ленинской» банды Франц стал помощником депутата фракции ЛДПР, а лидер «солнцевцев» Михась получил подлинное удостоверение сотрудника Службы безопасности Президента России. Правоохранительными органами было установлено, что «зрелые» имеют гигантские счета в иностранных банках и недвижимость за границей [13]. Таким образом, объекты, феномены и процессы организованной преступности проявляют не только статичный, но и динамический характер и, для того, чтобы их можно было адекватно оценить, проанализировать и искоренить, необходимо иметь постоянно действующих проверенных информаторов, высокопрофессиональных экспертов, аналитиков и добросовестных оперативных уполномоченных.

Кроме того, мы обязательно должны обращать внимание на тот факт, что в ряде случаев сам государственный аппарат, как безжалостная машина или как гипертрофированно развитое библейское чудовище Левиафан, в лице своих конкретных насквозь аморальных представителей провоцирует целые слои граждан на совершение различных преступлений. Один только факт, согласно которому прожиточный минимум составляет «в целом по Российской Федерации за II квартал 2017 г. на душу населения 10329 рублей, для трудоспособного населения – 11163 рубля, пенсионеров – 8506 рублей, детей – 10160 рублей»[14], не может не вызывать ненависти и презрения в адрес тех, кто не желает его повысить. Вдвойне эта ненависть усиливается на фоне массовой трансляции другой официальной, юридически закреплённой цифры: «Установить минимальный размер оплаты труда с 1 июля 2017 года в сумме 7800 рублей в месяц» [15]. Наложение этих двух фактов друг на друга неизбежно и вполне предсказуемо усиливает в обществе не только революционные настроения вкупе с праведным гневом, но и абсолютно преступные и деструктивные по своей сути намерения конкретных эгоцентрированных граждан, которые стремятся создать ОПГ в тех или иных сферах, сливаясь, к тому же, с коррумпированной частью государства.

Одна из причин отсутствия по-настоящему патриотических реформ в современной России – это сложившаяся дурная традиция/тенденция, согласно которой часть гнилого чиновничества получает огромное количество взяток и откатов не только с содержания полицейского аппарата, армии, космической индустрии, но и с содержания тюрем. Соответствующие финансовые и прочие государственно значимые процессы разворачиваются, несмотря на то, что в ряде случаев преступников-рецидивистов, которые уже психически не могут отказаться от зла по отношению к другим людям, гораздо гуманнее казнить, нежели упиваться видом их страданий «на зоне»; к тому же, это будет целесообразнее и для общества в целом, ибо обеспечит экономию государственного бюджета, складывающегося в немалой степени из налоговых поступлений честных граждан. Логика в содержании паразитов за счёт самих граждан, в том числе пострадавших от преступников и напрямую, напрочь отсутствует (тем более, что компенсационные выплаты пострадавшим, если таковые «контрибуции» вообще удаётся выбить с помощью судейского аппарата, попросту мизерны).

Разумеется, принципиально важную роль в контексте решения проблемы роста преступности играет и уровень образования граждан. Определённая часть статистики демонстрирует, что, помимо рецидивистов, преступниками становятся несовершеннолетние дети из неблагополучных семей, лишённые доступа к благам социальной сферы, в том числе и к образовательной системе. За неимением достойного наставника и лучшего выбора подростки пытаются совладать с очевидными фактами грубой реальности по-своему, вливаются в криминальные сферы, связанные с быстрыми и крупными заработками. Как писала Агата Кристи, недаром прославившаяся на весь мир своими детективами, «недостаток воображения предрасполагает к преступлению» [16]. Разумеется, мы не должны впадать в излишние обобщения: другая часть статистики показывает, что на преступления решаются и «мажорики», которым иногда просто скучно жить и хочется более острых ощущений, чем заграничные путешествия и прочие радости земной жизни, обеспечиваемые им родителями. Однако, и ту, и другую часть статистики в большинстве случаев роднит, как минимум, один общий и весьма принципиальный признак: дети и подростки транслируют своим девиантным и делинквентным поведением то, чем они пропитались из СМИ. Действительно, «мы – это то, что мы едим»; применительно к данной аксиоме ни отнять, ни прибавить.

Не следует забывать и о психологии формирования ОПГ, в том числе о роли лидера группы, который почти всегда выступает как инициатор, мозг организации. Организованные преступные сообщества по самому своему определению тем и отличаются от спонтанно возникающих банд, что у первых есть соответствующие целеустремлённые и по-своему серьёзные организаторы. Примечательно, что эти нелегальные организаторы могут иметь несколько личин для своего выживания, в том числе и личины легальные, и даже претендующие на широкую известность и популярность. Ликвидация лидера группировки – залог успеха в деле разрушения банды (разумеется, если у него ещё нет достойных преемников). Однако, для того, чтобы выявить именно этого лидера, а не подложенную им марионетку, нередко у сотрудников правоохранительных органов уходят годы. Следовательно, налицо необходимость использования в оперативно-розыскной работе серьёзных аналитиков, психологов и представителей прикладных философии и культурологии для искоренения не только следствий, но и причин возникновения и существования конкретных ОПГ.

Одной из важнейших подпроблем в контексте проблемы организованной мировой и, в частности, российской преступности является тесное взаимодействие и взаимопроникновение политического руководства, чиновников и лидеров ФПГ (финансово-промышленных групп) и ОПГ (организованных преступных группировок). Как правило, периодические чистки руководящих кадров приводят лишь к временному эффекту, что неудивительно, так как главарями реальных, эффективно функционирующих банд становятся отнюдь не случайные люди – чаще всего, это те, у кого хорошо работает голова и кто параллельно со своей официальной деятельностью курирует также масштабные нелегальные проекты. Однако, если бы социально-экономические реалии были таковы, что давали бы возможность зарабатывать достаточное для удовлетворения всех своих здоровых потребностей и нужд количество денег законным путём, то стимулов к созданию преступного сообщества у неординарных людей было бы гораздо меньше. Тот факт, что гений и злодейство вполне могут быть совместимы, доказал не только книжный и кинематографический персонаж Фантомас[17], но и многочисленные авторы преступных схем в России. Чего стоит пример одного только С.П. Мавроди, чьё имя уже стало по-своему культовым не только в преступной среде, но и в российском обществе в целом! О нём снимают полнометражные документальные и художественные фильмы, он тоже снимает своё кино … однако, суть не в этом. Государственные структуры, отказывая собственному населению в хороших зарплатах, стипендиях, пенсиях, субсидиях и т.д., тратят впоследствии не меньшие суммы на борьбу с развернувшейся преступностью, возникшей на почве социально-экономической неудовлетворённости. В итоге крупные суммы денег получают уже не те, кто хотел бы работать и зарабатывать честным трудом, но армии паразитов, якобы борющихся с преступностью, но на самом деле нередко с ОПГ тесно взаимодействующих.

Как отмечает А.Ш. Элязян, системная детерминация подъёма организованной преступности и деструктивных изменений в структуре самого общества оказывает, в свою очередь, обратное негативное воздействие на общество, вынужденное в рамках определённой конъюнктуры не только приспосабливаться, но и даже обслуживать конкретных крупных представителей организованной преступности. Определённая институционализация организованной преступности, целенаправленное внедрение её агентов в легальные общественные структуры приводит к тому, что она приобретает системный характер, широко эксплуатирует легитимные институты государства и социума, обходит конкретные социальные нормы и применяет в своих интересах действующее законодательство, имеет мощное политическое лобби, добивается ещё большей организованности, эксплуатирует достаточно мощные информационные, материально-финансовые и человеческие ресурсы [18]. К тому же, до тех пор, пока в рядах руководителей и сотрудников государственных (в частности, правоохранительных) органов не будет внутреннего морально-идеологического и прочего духовного единства, искренно тяготеющего к чистоте и порядку, их попытки искоренить организованную преступность будут идентичны переносу воды в решете. Самый страшный враг – это враг внутренний. Часто то, что мы ищем долгие годы по городам и весям, на самом деле оказывается у нас под носом – в таком месте, на которое мы никогда и не подумали бы. Следует помнить об этом.

Несомненно, важную роль в распространении организованной преступности играет коррупция. Эта злокачественная раковая опухоль создаёт весьма негативный легитимационный контекст и тлетворные механизмы расширения легализации отдельных структур организованной преступности. В силу того, что коррупция представляет собой достаточно сложную совокупность личностных, социально-психологических, институционально-правовых и организационно-политических элементов в легитимизированном обществе, органах государственной и муниципальной власти, правовая политика государства должна в обязательном порядке включать в себя профессиональную антикоррупционную экспертизу законодательства и конкретных государственных программ [19]. Только интегрированная эффективная стратегия служб национальной безопасности, МВД, Следственного комитета России, Генеральной прокуратуры и представителей экспертных сообществ способна обеспечить максимально положительный исход борьбы со всеми без исключения ОПГ, в том числе теми, которые годами напролёт пускают свои гнилые корни внутри конкретных государственных структур.

Вполне очевидным является тот факт, что в политической, социальной и экономической сферах взаимное влияние криминогенных процессов и интенций легитимизированного общества дошло до пика своего развития. В результате этой тенденции в сферу влияния организованной преступности оказались вовлечены, хотя и в разной степени, довольно широкие слои населения и служащие государственных и муниципальных органов. В связи с этим при обеспечении защиты прав и законных интересов граждан должны быть сбалансированы репрессивный и дифференцированный компоненты/подходы в целенаправленно проводимой государством политике. Это необходимо для того, чтобы в борьбе с организованной преступностью не были повреждены члены здоровой части общества.

Таким образом, мы установили, что организованная преступность как специфический социальный феномен имеет определённые истоки/причины в самой современной жизни общества и государства, является более-менее закономерным результатом действия целой совокупности разнообразных факторов объективного и субъективного, организованного/структурированного и стихийного/спонтанного характера. В таких цивилизационных условиях, когда постоянно сменяющие друг друга кризисы в экономике и социальной сфере дополняются резким ослаблением роли государства в управлении общественно-политическими процессами и выхолащиванием здоровых морально-нравственных, эстетических и прочих культурных ценностей, проявления и последствия организованной преступности способны приобретать особенно угрожающий характер. В современной России вслед за теоретиками это вынуждены признать и практики, лидеры государства и руководители его силовых структур, деятели политических партий, общественных движений и конкретных культурных институтов.

Следует отдавать себе трезвый отчёт в том, что корыстные личные и корпоративные интересы представителей организованных преступных группировок находят особенно благоприятную питательную среду именно в современном российском обществе. Этой тенденции способствуют следующие условия: рост правовых нигилизма и инфантилизма, экономические эгоцентризм и авантюризм, перманентная атомизация общества, разрушение духовных ценностей и моральных кодов во всех сферах социума, ослабление эффективных моделей социализации детей и молодёжи. В 90-е годы ХХ века оформилась тлетворная практика коммерциализации общественных отношений, которой, помимо всего прочего, достаточно часто сопутствует и криминализация. Данные негативные тенденции усугубляются участившимися с указанного периода времени межнациональными конфликтами, региональным сепаратизмом, резко возросшей вынужденной миграцией отечественных и иностранных граждан [20].

Опираясь на исследования учёных-криминологов В.В. Лунеева, А.И. Гурова, Э.Ф. Побегайло, С.В. Дьякова, В.С. Устинова, Я.И. Гилинского, А.И. Долговой и А.Н. Волобуева, можно выделить следующие существенные признаки организованной преступности:

1) криминальная организованность;

2) устойчивость отношений, каналов, связей;

3) массовость участников;

4) относительная длительность функционирования;

5) наличие социальных связей и очевидно негативное влияние на общество;

6) задействованность в коррупционных схемах;

7) более-менее строгая иерархичность;

8) масштабный (возможно, межрегиональный и даже международный) характер преступной деятельности;

9) осуществление преступной деятельности в экономических и политических целях;

10) наличие более-менее харизматичного лидера, руководящего звена [21].

Вполне закономерным является то обстоятельство, что в качестве основной цели функционирования систем организованной преступности некоторые конкретные авторы маркируют именно экономическую выгоду, коммерческую (в том числе чисто спекулятивную) прибыль; по большому счёту, в данном аспекте организованная преступность практически не отличается от обычного бизнеса или предпринимательства. Соответственно, для того, чтобы искоренить организованную преступность в целом, не довольствуясь локальным временным эффектом, интегрированная деятельность специалистов по борьбе с ОПГ должна быть одновременно направлена на ликвидацию всех вышеперечисленных признаков.

Что касается закономерностей генезиса и развития организованной группы преступников, то следует отметить, что она создаётся в основном в расчёте на относительно длительное её существование и функционирование; каждому участнику отводится вполне определённое функциональное место внутри её разветвлённой структуры и подразумевается неукоснительное выполнение своих «должностных» обязанностей, поручаемых «боссом». Наглядными иллюстрациями относительно высокой или реально высокой степени организации преступников служат бандитизм (организованная преступность в виде различных форматов банд), а также нарушения прав человека в государствах с тоталитарным или околототалитарным режимом.

Весьма примечательно, что причины, в соответствии с которыми один индивид совершает конкретное преступление (или целую серию преступлений) вместе с другими деструктивными акторами, по большому счёту, проистекают из специфики самого феномена делинквентно ориентированной группы и её подразумеваемых динамично развёртываемых процессов развития. Зачастую индивиды интегрируются в группы с целью того, чтобы сделать возможным и удобным процесс активного взаимодействия (в частности, общения) друг с другом, выработать чувство неких пресловутых «мы» (поскольку это, помимо прочих причин, в немалой степени снижает напряжённость ощущения своих моральной и правовой ответственности), усовершенствовать свои преступные, коммерческие и властные способности. Как отмечают некоторые психологи, определённое чувство сплочённости участников преступного коллектива возникает именно тогда, когда в конкретной делинквентной по своей сути группе вырабатываются такие модели поведения, которые признаются всеми её акторами. Установление конкретных норм поведения в группе детерминирует определённую одинаковость/схожесть мышления, лексики и поведения участников данного коллектива. Само собой разумеющимся признаётся тот факт, что если у кого-то из сторонних лиц возникает настойчивое желание присоединиться к той или иной преступной группе, то данный персонаж в обязательном порядке должен подчиниться уже принятым в этом коллективе нормам и моделям поведения.

Примечательна следующая закономерность: если в условиях существования и функционирования группы вполне нормальным считается определённое противоправное поведение, то каждый отдельный её актор также будет участвовать наравне со всеми в совершении таких преступных деяний, которых он, скорее всего, никогда не совершил бы, находясь в одиночестве. Другая закономерность бытования преступных сообществ состоит в том, что в экстремальных ситуациях какой-либо отдельно рассматриваемый член коллектива, хронически склонный к совершению именно противоправных деяний, руководствуясь своими позициями лидера группы, способен оказывать именно такое влияние на нормы поведения своей группы, что для всех её акторов совершение противозаконных действий станет характерным, типическим.

Следует отметить, что в число задач первичной преступной группы не входит контроль над поведением каждого её участника, посему она отнюдь не застрахована от возможных эксцессов, допускаемых исполнителями. Временами ситуация доходит даже до того, что отдельные соисполнители/соучастники способны совершать такие действия, которые существенно противоречат исходным групповым целям, вплоть до взятия жертвы под свою защиту. Исходя из этого, вполне закономерным результатом группового давления, ответной преступной санкции может стать даже принудительное исключение конкретных акторов из группы. По оценкам экспертов-криминологов и психологов-криминалистов, данная особенность в наибольшей степени характерна для делинквентных групп несовершеннолетних. Что касается более взрослых бандформирований, то нередко в 90-е годы ХХ века члены различных команд/«бригад» могли выйти из них «только ногами вперёд». Как вариант, согласно «сарафанному радио» Великого Новгорода, некоторые участники расплачивались за свой выход к жизни, свободной от преступной группы, какой-нибудь частью своего тела, к примеру, пальцем руки: по всей видимости, местные криминальные авторитеты в своё время сильно впечатлились просмотров модных боевиков о японских якудза. Некоторые представители экстремальной журналистики пишут даже целые книги о так называемых местечковых эффектах [22]. Крайне важно помнить о том, что специфика развития делинквентных групп несовершеннолетних состоит несколько в ином: зачастую они существуют не ради совершения преступлений как таковых, а их участники смотрят на преступления лишь как на одну из разновидностей своей групповой деятельности. В этой связи такой пример, как объединения футбольных хулиганов в Великобритании[23], а спустя время и в самой России, находятся в некой пограничной зоне между преступным миром и нормальным обществом. К примеру, индивидуальные драки и групповые потасовки вкупе с употреблением алкоголя и прочих наркотиков – это для данных людей не самоцель, а попытки скрасить свой незатейливый досуг, который каким-то образом должен отличаться от серых трудовых будней.

Среди функциональных характеристик ОПГ следует отметить ту, согласно которой именно в группе возможно совершение конкретными преступниками таких действий, которые каждому из них, взятому в отдельности, были бы попросту не по силам. Сложность и дифференцированность совершения конкретных видов преступлений (к примеру, крупномасштабная кража со взломом, разбой, рэкет, контрабанда, подкуп конкретных чиновников и целых контор) требует определённого разделения сфер и отраслей деятельности между, как минимум, несколькими исходными соисполнителями. Исходя из этой особенности, каждый отдельно рассматриваемый член делинквентной группы, решившийся на совершение преступления, вправе рассчитывать на участие в таковом и других её членов. Именно таким путём формируются преступные группы, главная цель которых – разработка хитроумных и вероломных планов совершения преступлений и путей/способов/методов их реализации (к примеру, при совершении серьёзных организованных преступлений). Как отмечают специалисты, социально-психологические возможности сдерживания преступника от совершения группового преступления гораздо скромнее, чем при совершении преступления только одним персонажем, ввиду того, что каждый отдельно анализируемый член группы в немалой степени пытается переложить ответственность за собственные действия на других членов своей группы. Конкретный актор делинквентной группы, которая образована достаточно большим количеством её участников, априори считает маловероятным установление правоохранительными органами и прочими интересантами его собственной личности.

Таким образом, с одной стороны, если рассматривать условные контуры группового преступления, то преступной организации как таковой следует отводить криминогенно воздействующую (провоцирующую и стабилизирующую мотивацию) роль. С другой стороны, более-менее велика вероятность благополучного психологического прогноза для каждого конкретного преступника (плюс-минус исключения из общих тенденций), функционирующего исключительно в группе, по поводу его законопослушного поведения в будущем, уже после выхода из делинквентной группы. Таковая вероятность, как правило, выше, чем для преступника-одиночки, который изначально должен отличаться некой самостоятельностью и даже самодостаточностью мотивации и целеполагания. Иначе говоря, эффективнее то, что ближе к телу, а не то, что было привнесено извне; либо можно сформулировать данную закономерность таким образом, что естественное всегда сильнее искусственного.

Если же рассматривать целенаправленное вхождение преступника-одиночки в группу, а затем рационально обусловленный выход из таковой (лейтмотивом данных процессов можно взять уже крылатую фразу из х.ф. «Бумер» (2003): «Делюгу делаем и разбегаемся!»), то в данном контексте правоохранительные органы имеют дело с уже устойчивым психотипом преступника и так просто соответствующее поведение на пути к некому моральному исправлению не переломить. Что касается мотивации указанного лавирования между деятельностью делинквентной группы и апробацией индивидуального подхода к делу, то работают всё тот же рациональный расчёт на меньшую вероятность быть обнаруженным, ставка на положительный исход совершения преступления только путём совместных действий, либо бессознательныё импульс, подвигающий боязливого индивида спрятаться за чьими-то, более мощными спинами.

Принципиально проводить разницу между организованной группой и толпой. У людей, которые по тем или иным субъективно-объективным причинам находятся в толпе, в массе народа, несколько иное поведение, нежели у акторов бандформирований. Толпа, как правило, спонтанно формируется за счёт кратковременного скопления большого количества людей, и в её гуще, в отличие от организованной социальной группы, между индивидами не устанавливаются какие-то деликатные, в том числе секретные, связи. Ввиду объективной необходимости организации более сложного социального (либо элитного) контроля над толпой и весьма динамичного развития событий в массе «случайного» народа индивид, как правило, ведёт себя гораздо менее последовательно, с большей вероятностью готов идти на определённые крайне рискованные действия и принимать участие в очевидно неразумных насильственных «акциях». Помимо этого, на актуальное поведение среднестатистического человека, разумеется, оказывает немалое влияние его прошлое, уже наработанный опыт в чём бы то ни было (в том числе в формировании определённого типа мировоззрения), а также степень и качество идентификации с теми конкретными идеями (или даже целой идеологией), которые провозглашаются теми, кто пытается толпу контролировать [24].

Некоторые исследователи, например Н. Ключин, считают, что организованная преступность и коррупция составляют одну из ветвей чиновничьей пирамиды и являются её практически неотъемлемым сегментом; арсенал властных средств современной бюрократии включает в себя три функциональных элемента: власть государственную (основанную на законе), власть финансов и власть грубой преступной силы [25]. С этим хотелось бы не согласиться, хотя, несомненно, следует признать, что во все времена развития человеческого общества там, где утверждала себя власть (политическая, культурная либо межличностная), неизбежно возникал и риск злоупотребления этой властью. Однако, несмотря на это, очевидное сращивание чиновничьего аппарата с криминалитетом представляется социальной аномалией, вирусом, который необходимо с помощью адекватных средств вытравить, но ни в коем случае не проявлением нормального развития общественных отношений. Помимо всех прочих методов и процедур на этом пути, необходимо заниматься и эффективной борьбой со стереотипами, в частности, с тем, согласно которому «политика – это всегда дело грязное». Заметили грязь? Будьте добры вычистить пространство. Всё возможно, всё реально, если очень захотеть.

При этом необходимо постоянно помнить о том, что лидеры организованных преступных групп зачастую обладают не меньшим интеллектуальным и адаптивным уровнем, чем официальные представители властных элит; а временами даже сами пытаются влиться в эти самые элиты. В силу того, что правительство, как существенная часть исполнительной ветви государственной власти, перманентно стремится принимать самое активное участие в делах, определяющих текущее состояние и дальнейшее развитие деловой субсферы экономики и предпринимательства, для представителей преступных организаций может показаться весьма соблазнительной мотивация внимательно следить за изменением политической конъюнктуры, за динамикой изменений в нормативно-документальной базе федеральных, региональных и муниципальных органов государственного аппарата. Помимо этого, преступные организации настойчиво интересуются кредитной политикой правительства, нацеленной на финансирование долгосрочных бизнес-проектов, а также конкретными ограничениями по найму рабочей силы, возможностью получения государственной ссуды, международными соглашениями по тарифам, таможенной политике, торговле и т.д.

«Штатные» аналитики достаточно мощных преступных организаций не только диагностируют актуальное состояние и отслеживают динамику изменений в перечисленных отраслях деятельности госаппарата, но и стараются оперативно влиять на политику, организовывая выгодное для себя лоббирование, продвигая «свойских» кандидатов в структуры и органы государственной власти. Один из самых очевидных примеров в современной России касается лоббирования интересов олигархата через деятельность политических партий, а также через влияние на конкретных недобросовестных чиновников министерств и ведомств. По вполне понятным причинам активисты преступных организаций эксплуатируют в процессе данного лоббирования такие банальные методы, как пиар-акции, подкуп, шантаж, запугивание и даже фактическое физическое устранение неугодных/неудобных им политиков, кандидатов на высокие официальные посты, общественных деятелей, популярных представителей масс-медиа (в частности, ТВ и шоу-бизнеса) [26].

Соотношение мировой и российской проблематики организованной преступности может варьироваться в зависимости от анализа конкретных стран и регионов, но, тем не менее, общие посылки будут верны практически для всех них без исключения. Мы установили, что организованная преступность представляет собою достаточно сложную многофакторную совокупность социальных/асоциальных объектов, феноменов и процессов, которые отличаются от всех прочих большим многообразием эмпирических проявлений, а также теоретически (в частности, логически) устанавливаемым множеством внутренних составляющих/комплектующих и сформированных между таковыми глубинных и поверхностных взаимосвязей. Уровень развития и ключевые тенденции распространения организованной преступности в нашей стране, по сути дела, поставили её в один ряд с самыми серьёзными проблемами современной российской действительности и международной политики. Несмотря на такие важные прецеденты, как деятельность Интерпола (Международной организации уголовной полиции – англ. «International Criminal Police Organization»), с которым СССР начал сотрудничать ещё в 1990 году, «зло не дремлет, зло не спит». Высокий уровень актуальности обозначенной нами проблематики подтверждён и авторами Концепции национальной безопасности, обозначающей в перечне угроз безопасности страны и угрозу криминализации общественных отношений, роста организованной преступности и коррупции, борьба с которыми имеет не только правовой, но и политический характер [27]. Следовательно, одними из главных инициаторов этой борьбы также должны быть правящие элиты.

На сегодняшний день является вполне очевидным тот факт, согласно которому организованная преступность оказывает как непосредственное, так и опосредованное влияние на умножение количества рисков во всех сферах общественной жизни (в том числе и в культурной, казалось бы, абстрагированной от вышеобозначенных деструктивных процессов[28]), которое, в свою очередь, воздействует на корреляцию системных институциональных ограничений легитимированной части общества и определённых интенций теневых структур. Последние в процессе своих адаптации и мутации деформируют и даже разрушают целые легальные социальные институты, питая тем самым гнилую среду организованной преступности. В связи с возрастанием количества подобного рода рисков и широким распространением разноплановых теневых структур, правоохранительным органам, экспертным сообществам и неравнодушной части «общественности» в интересах защиты и укрепления национальной безопасности необходимо эффективно сочетать принудительные институциональные ограничения с уже проверенными морально-воспитательными формами воздействия на общество, организовать полноценное взаимодействие социально-экономической, правовой и культурной политики.

Вместе с тем, на взгляд исследователей Г. Рормозера и А.А. Френкина, организованная преступность, в частности, международная мафия, специализирующиеся на контрабанде наркотиков и оружия (в том числе и ядерного, химического, бактериологического), а также представители политического экстремизма, не признающие ни морали, ни права разных стран и регионов, выступают как общий враг российского и других народов, что в немалой степени способствует установлению более тесных и продуктивных межкультурных контактов [29]. Лидерам различных социумов необходимо отчётливо осознать духовную и политическую общность их интересов перед лицом данной угрозы.

Примечательно также, что более-менее активную деятельность как независимых друг от друга, так и взаимосвязанных друг с другом преступных групп, обладающих признаком организованности, можно ретроспективно отследить, анализируя различные процессы и события с дореволюционной России по настоящее время. На этом фоне нельзя не задумываться всерьёз именно о диалектике преступной генетической наследственности и преступного воспитания. Нагнетаемая (как внешними врагами нашей Страны, так и предателями внутри неё) концентрация проблем и напряжённостей во всех сферах общественной жизни и актуализация вполне определённых типов девиантно ориентированной личности вполне закономерно привели оргпреступность к приобретению ею нового качественного состояния. Более-менее очевидно данный переход происходил ещё в 60-70-е годы ХХ столетия. Серьёзный стиль политики, выработанный первым генеральным секретарём ЦК КПСС И.В. Сталиным, оказался нарушен периодическими клоунадами Н.С. Хрущёва, временами слишком экспрессивного в своих суждениях и решениях, временами – ведомого «серыми кардиналами». Что касается сегодняшних дней, то, несмотря на определённую эволюцию правоохранительных органов (в частности, усиление материально-финансовой базы УМВД), организованная преступность продолжает активно эволюционировать, оказывая крайне негативное влияние на все сферы жизни общества. Отчасти этот процесс обусловлен очевидно вредительской деятельностью конкретных должностных лиц, вплоть до начальника Следственного управления Следственного Комитета целой области: увольнение чуть ли не половины кадрового состава правоохранительной структуры по неопределённым субъективно-властолюбивым мотивам иначе, как диверсией по отношению к российскому государству, сложно назвать  [30].

Несмотря на определённый спектр научной, научно-популярной и публицистической литературы, а также целый ряд телевизионных документальных проектов, организованная преступность как сложная совокупность объектов, явлений и процессов по сей день изучена в недостаточной степени, в том числе в криминологическом, уголовно-правовом и социокультурном аспектах. Одна из причин этого – сдерживание независимой экспертной и официальной правоохранительной энергии наиболее высокопоставленными коррупционерами.

Учитывая всё вышесказанное, путями и условиями выхода из сложного системного кризиса, связанного с организованной преступностью, видятся:

1)    введение более жёсткой культурной цензуры применительно к средствам массовой информации, ориентация её на установление и главенство позитивных патриотических ценностей;

2)    создание конструктивного экономического рынка, установление высоких заработных плат честных граждан;

3)    вытекающие из первых двух пунктов моральная и материальная заинтересованность работников в своём труде;

4)    глубокая, а не поверхностная чистка руководящих кадров и правоохранительных органов, тесно связанных с нелегальной деятельностью;

5)    пропаганда патриотического морального кодекса, апеллирующего к позитивному личному примеру правящих элит и к господству позитивных национально-культурных ценностей;

6)    сплочённая деятельность специалистов в области политики, морали, права, прикладной психологии и прикладной культурологии;

7)    более глубокая экспертиза принимаемых государством законопроектов, включение в число их цензоров независимых экспертов из научно-исследовательских центров и иных социокультурных институтов;

8)    гармоничное взаимодействие всех правоохранительных органов и структур.

Таким образом, решение проблемы организованной преступности необходимо опирается на комплексный научно-практический подход как в плане возможных путей достижения данной цели, так и в контексте участия потенциальных и уже задействованных акторов такового решения. Для эффективной борьбы с такой совокупностью объектов, явлений и процессов, как организованная преступность, необходимо полноценное осуществление в рамках целесообразной государственной комплексной программы соответствующих политических (в частности, административных и правовых), социально-экономических и культурно-идеологических масштабных проектов и конкретных мероприятий. По вполне понятным причинам приоритет должен быть отдан социально-экономическим мероприятиям, однако нельзя недооценивать правовые средства, в частности, уголовно-правовые, нацеленные на борьбу с организованной преступностью (вплоть до высших коррумпированных эшелонов чиновничества), и целенаправленную деятельность социокультурных институтов, пресекающих преступность на корню, формирующих необходимое общественное мнение и влияющих на полноценное воспитание и образование членов полноценного гражданского общества.

Перечень использованных и рекомендуемых источников для изучения:

1. Берг, Е. Демарш следователей СК в Великом Новгороде Сотрудники управления требуют привлечь к уголовной ответственности своего начальника Екатерину Гилину [Электронный ресурс] / Евгений Берг // Meduza – Новости. – Режим доступа: https://meduza.io/feature/2016/12/07/demarsh-sledovateley-sk-v-velikom-novgorode. – Дата публикации: 7.12.2016.
2. Бекряшев, А. К. Теневая экономика и экономическая преступность [Текст] / А. К. Бекряшев, И. П. Белозеров, Н. С. Бекряшева. – Омск: Омский государственный университет, 2000. – 459 с.
3. Галиакбаров, Р. Р. Совершение преступления группой лиц [Текст] / Р. Р. Галиакбаров. – Омск Изд-во Ом. ВШМ МВД СССР, 1980. – 101 с.
4. Генпрокуратура уведомила Бастрыкина о преступлении замглавы СК Петербурга Гилиной [Электронный ресурс] // Петербургская интернет-газета «Фонтанка». – Режим доступа: http://www.fontanka.ru/2017/03/03/092/. – Дата публикации: 3.03.2017.
5. Гидденс, Э. Социология [Текст] / Энтони Гидденс. – М.: Едиториал УРСС, 2005. – 632 с.
6. Гилинский, Я. И. Криминология. Теория, история, эмпирическая база, социальный контроль. Курс лекций. Курс лекций [Текст] / Я. И. Гилинский. – СПб.: Питер, 2002. – 384 с.
7. Гилинский, Я. И. Организованная преступность: понятие, история, деятельность, тенденции [Электронный ресурс] / Я. И. Гилинский // Саратовский Центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции. – Режим доступа: http://sartraccc.ru/Pub/gilinsky%284-07-05%29.htm.
8. Гилинский, Я. И. Функциональная теория организации и организованная преступность [Электронный ресурс] / Я. И. Гилинский // НарКом. Русский народный сервер против наркотиков. – Режим доступа: http://www.narcom.ru/law/system/1.html.
9. Григорьев, М. С. Кондопога: что это было? [Текст] / Максим Сергеевич Григорьев. – М.: Европа, 2007. – 216 с.
10. Григорьев, М. Нелегальные мигранты в Москве [Текст] / Максим Григорьев, Андрей Осинников; предисл. К. Крылова. – М.: Европа 2009. – 156 с.: ил.
11. Григорьев, М. С. Новгородское Чикаго. 2001-2007 [Текст] / Максим Сергеевич Григорьев. – М. – Великий Новгород : Фонд исследования проблем демократии, 2008. – 164 с.: ил.
12. Григорьев, М. С. Финал новгородского Чикаго [Текст] / Максим Сергеевич Григорьев. – М. – Великий Новгород : Фонд исследования проблем демократии, 2008. – 180 с.
13. Гуров, А. И. Организованная преступность – не миф, а реальность: Социальные, правовые и криминологические аспекты борьбы с организованной преступностью. Пособие для слушателей народных университетов [Текст] / Александр Иванович Гуров. – М.: Знание, 1992. – 80 с.
14. Душенко, К. В. Большая книга афоризмов [Текст] / Константин Васильевич Душенко. – Изд. 8-е, испр. – М.: Изд-во Эксмо, 2006. – 1056 с.
15. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда [Текст] / Эмиль Дюркгейм; пер. с франц. А. Б. Гофмана, примеч. В. В. Сапова. – М.: Канон+ – РООИ «Реабилитация», 1996. – 432 с. – (История социологии в памятниках).
16. Илюхин, В.И. Обвиняется президент: прокурорское расследование (Как страну развалили, или почему возникло в отношении М.С. Горбачёва уголовное дело по статье 64 УК РСФСР – «Измена Родине») [Текст] / В.И. Илюхин. – М.: МП «Палея», 1992. – 64 с.
17. Каледин, Р. А. О понятии криминалистического изучения преступной группы [Текст] / Р. А. Каледин // Актуальные проблемы борьбы с групповой преступностью. Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: изд. Омской высшей школы МВД СССР, 1983. – 106 с.
18. Ключин Н. Будущая революция и новое общество [Электронный ресурс] / Н. Ключин. – М., 1997. – 124 с. // Всё для студента. Библиотека. – Режим доступа: http://www.twirpx.com/file/388025/. – Дата редактирования: 11.02.2011.
19. «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учётом поправок, внесённых Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) [Электронный ресурс] // Официальный сайт компании «КонсультантПлюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/.
20. Корецкий, Д. А. Борьба с антиобщественным образом жизни отдельных микрогрупп как способ предупреждения групповой преступности [Текст] / Д. А. Корецкий // Актуальные проблемы борьбы с групповой преступностью. Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: изд. Омской высшей школы МВД СССР, 1983. – 106 с.
21. Лаутар, И. Предателя Горбачёва к власти в России привели Ротшильды [Электронный ресурс] / Игорь Лаутар // Русское Агентство Новостей. Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век». – Режим доступа: http://ru-an.info/новости/предателя-горбачёва-к-власти-в-россии-привели-ротшильды/. – Дата публикации: 2.06.2013.
22. Лесогоров, Д. Шлейф Екатерины Гилиной [Электронный ресурс] // Портал 53. Новгородский спектр мнений. – Режим доступа: http://portal-vn.ru/kommentarii/shleyf-ekateriny-gilinoy. – Дата публикации: 4.03.2017.
23. Лунеев, В. В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции: Мировой криминологический анализ [Текст] / В. В. Лунеев. – М.: Норма, 1997. – 525 с.
24. Максимов, А. А. Бандиты в белых воротничках. Как разворовывали Россию [Текст] / Александр Александрович Максимов. – М.: Эксмо-Пресс, 1999. – 480 с.
25. Максимов, А. А. Российская преступность: Кто есть кто [Текст] / Александр Александрович Максимов. – М.: ЗАО «Изд-во “ЭКСМО”», 1997. – 464 с.
26. Моральный кодекс строителя коммунизма [Текст] // КПСС. Съезд 22-й, Москва, 1961 (XXII съезд коммунистической партии Советского Союза. 17-31 октября 1961 года). Стенографический отчёт. Т. III. Стенограммы 21-26 заседаний, резолюции, постановления и приложения [Текст]. – М. : Госполитиздат, 1962. – 592 с.
27. Наркодиллер Горбачёв, Ставропольское дело и какой-то десяток высокопоставленных трупов [Электронный ресурс] // Живой Журнал пользователя «nnils». – Режим доступа: http://nnils.livejournal.com/854429.html. – Дата публикации: 17.04.2012.
28. Организованная преступность [Текст] / под ред. А. И. Долговой, С. В. Дьякова. – М.: Юридическая литература, 1989. – 352 с.
29. Организованная преступность – 2. Проблемы, дискуссии, приложения. «Круглый стол» Криминологической Ассоциации [Текст] / под ред. А. И. Долговой, С. В. Дьякова. – М.: Криминологическая Ассоциация, 1993. – 328 с.
30. Побегайло, Э. Ф. Тенденции современной преступности и совершенствование уголовно-правовой борьбы с нею. Лекция [Текст] / Э. Ф. Побегайло. – М.: Изд-во Акад. МВД СССР, 1990. – 47 с.
31. Постановление Правительства РФ от 19.09.2017 №1119 «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации за II квартал 2017 г.» [Электронный ресурс] // Официальный сайт компании «КонсультантПлюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_278382/.
32. Прибытков, В. Аппарат [Текст] / Виктор Прибытков ; худ. оформл. Э. Бубович, Н. Розенталь. – СПб.: ВИС, 1995. – 224 с.
33. Рормозер, Г. Новый консерватизм: вызов для России [Текст] / Г. Рормозер, А. А. Френкин. – М.: ИФ РАН, 1996. – 237 с.
34. Смольный, Л. «Генеральный» ликвидатор [Электронный ресурс] // Библиотека компромата. – Режим доступа: http://www.compromat.ru/page_16044.htm.
35. Сорокин, П. А. Преступление и кара, подвиг и награда. Социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали [Текст] / Питирим Александрович Сорокин; вступ. ст., сост. и примеч. В. В. Сапова. – СПб.: Издательство РХГА, 1999. – 448 с.
36. Социология [Текст] / под ред. проф. Ю. Г. Волкова; рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений. – Изд. 2-е, испр. и доп. – М. : Гардарики, 2003. – 512 с.: ил.
37. Ставропольский Иуда [Электронный ресурс] // Аналитический сайт ведущего российского политолога И.Н. Панарина. – Режим доступа: http://panarin.com/diplomat/34-stavropolskiy-iuda.html. – Дата публикации: 2.11.2015.
38. Сувестр, П. Фантомас [Текст] / Пьер Сувестр, Марсель Аллен; пер. с франц. Л. Новиковой. – Таллинн: Odamees, 1991. – 304 с.;
39. Сувестр, П. Жюв против Фантомаса. Буало – Нарсежак. Недоразумение [Текст] / Пьер Сувестр, Марсель Аллен. – М.: Радуга, 1991. – 368 с.
40. Указ Президента РФ от 10.01.2000 №24 «О Концепции национальной безопасности Российской Федерации» [Электронный ресурс] // Официальный сайт компании «КонсультантПлюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_25677/.
41. Устинов, В. С. Понятие и криминологическая характеристика организованной преступности. Лекция [Текст] / В. С. Устинов. – Нижний Новгород: Изд-во Нижегор. ВШ МВД России, 1993. – 87 c.
42. Федеральный закон от 19.06.2000 № 82-ФЗ (ред. от 19.12.2016) «О минимальном размере оплаты труда» [Электронный ресурс] // Официальный сайт компании «КонсультантПлюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_27572/.
43. Фомин, В. П. Диалог о боевых искусствах Востока [Текст] / В. П. Фомин, И. Б. Линдер. – 2-е изд. – М.: Мол. гвардия, 1991. – 368 с., ил.
44. Чуклинов, А. Е. Административный ресурс как специфическая форма политической коррупции. Специализированный учебный курс / Андрей Евгеньевич Чуклинов; под ред. доц. Е. В. Кобзевой. – Саратов: Саратовский Центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции, 2004 [Электронный ресурс] // Библиотека «Всё для студента». – Режим доступа: https://www.twirpx.com/file/152851/. – Дата редактирования: 2.02.2017.
45. Элязян, А. Ш. Организованная преступность и национальная безопасность в Российской Федерации : Социологический аспект : диссертация … кандидата социологических наук : 22.00.04 [Текст] / Анна Шагеновна Элязян. – Москва, 2004. – 172 с. : ил.
46. Яременко, В. С. Российская организованная преступность: история и современность: диссертация … кандидата исторических наук : 07.00.02 [Текст] / Вячеслав Сергеевич Яременко. – Москва, 2006. – 208 с. : ил.

Какие кодифицированные рамки в контексте разворачивания гражданской активности ставят политические элиты представителям публичной сферы, и насколько эти элиты сами соответствуют критериям гражданственности, – это представляется нужным прояснить в ходе дальнейшего исследования. Немаловажным вопросом является и то, насколько совпадают либо расходятся субъективное восприятие своей гражданской активности политическими элитами и реальное, объективное положение дел с их гражданской активностью в контексте современного общества. Ведь быть и значить, казаться – далеко не всегда одно и то же.

Если мы касаемся моральной кодификации гражданского дискурса со стороны политических элит, то здесь представляются актуальными следующие вопросы:

– что есть моральная кодификация как таковая?

– каков механизм (механизмы) осуществления моральной кодификации?

– каковы условия, необходимые для инициации и проведения  данной кодификации?

– кто конкретно является инициатором и проводником этой кодификации в жизнь?

– является ли эта кодификация необходимой для формирования гражданского общества, либо носит “случайный”, выборочный характер?

– насколько адекватно представители публичной сферы реагируют на осуществление данной деятельности политическими элитами?

Таким образом, целью соответствующего серьёзного исследования будет раскрытие, по возможности наиболее точное и адекватное освещение ответов на сформулированные вопросы.

При рассмотрении роли политических элит в моральной кодификации гражданского общества на первый план сразу выступает актуальность данной проблематики. Следует отметить, что со времён “Морального кодекса строителя коммунизма” отечественная мораль, насколько известно, не проходила через новый существенный этап кодификации и стандартизации, актуальных для всего социума. Способно ли (достойно ли) нынешнее руководство страны взять на себя эту ответственную миссию? Вопрос довольно неоднозначный.

Коль скоро мы задаёмся вопросом кодификации морали (а под кодификацией, на мой взгляд, удобней всего понимать сведение совокупности «знаков или символов, а также смыслов и их комбинаций, которые заключены в любом предмете материальной и духовной деятельности человека» [1], к некому общему знаменателю), то нужно и более-менее отчётливо представлять себе, что такое мораль. Данное понятие зачастую носит весьма размытый характер и не всегда понимание морали одной общностью людей может совпадать с пониманием соответствующих ей феноменов со стороны (с точки зрения) другой общности. Мы можем определить мораль (от лат. “mores” – “нравы”) как субсферу культуры из царства символических ценностей, которая, в первую очередь, что-то должна (именно должна, поскольку несовпадение должного и сущего/реального лишний раз доказывать не приходится…) признаваться каждым взрослым актором определённой социальной группы, на которую направлено внимание определённой группы манипуляторов. По большому счёту, базисными проблемами в субсфере морали являются вопросы о том, что такое «хороший обычай», что «прилично или неприлично», что делает возможной совместную жизнь людей, в которой каждый отказывается от полного осуществления жизненных ценностей (потребление пищи, половое влечение, потребность в безопасности, стремление к значимости и к обладанию) в пользу осуществления (меньше всего в силу понимания того, что считается правильным) ценностей социальных (признание прав другой личности, справедливость, самообладание, правдивость, благонадёжность, верность, терпимость, вежливость и т.д.). К господствующей морали у всех народов и во все времена, кроме социальных ценностей, принадлежат также и те, которые расцениваются адептами различных религий как благое поведение (любовь к ближнему, благотворительность, гостеприимность, почитание предков, поклонение религиозным культам и т.д.) [2].

Рассматривая данную проблематику, необходимо проводить определённые критериальные грани между моралью, этикой и нравственностью, дабы не произошло терминологической путаницы, которой итак уже перенасыщен лексикон современных обывателей.

Конкретными примерами стремления граждан кодифицировать свою мораль могут, в частности, послужить: этический кодекс библиотекарей, неоднократно обсуждавшийся в средствах массовой информации, и принятие кодекса чести для студентов Новгородского Государственного Университета. Данные и многие другие попытки руководства различных структурных организаций (и не только) прийти к чему-то определённому, зафиксированному, может быть в какой-то части даже строгому,  в том, что касается сферы морали, свидетельствуют, на мой взгляд, о том, что существование известных на сегодняшний день социальных институтов необходимо опирается на более-менее чёткую кодификацию. Ясно как Божий день, что государственный аппарат не может полноценно существовать в условиях затянувшихся хаоса и неопределённости. Политические элиты, как правило, распространяют своё влияние параллельно с развитием многочисленных коммуникативных структур и социальных институтов. Необходимым фоном или условием такого развития может выступать моральная кодификация.

В процессе рассмотрения обозначенной проблематики напрашивается следующий принципиальный вопрос: коль скоро политические элиты могут взять себе на вооружение и под свой контроль моральные кодексы (то, что мы могли видеть, в частности, в СССР), то почему бы, со своей стороны, выражая свою гражданскую позицию, представителям формирующегося гражданского общества не попытаться предпринять обратный процесс – то есть сформировать определённые кодексы морального поведения, выразить определённые культурные коды для политических элит? Действие так называемого закона единства и борьбы относительных противоположностей пока в обществе никто не отменял, не говоря уже о том, что пытающийся управлять другими, для начала должен научиться управлять самим собой (своими эмоциями, инстинктивными реакциями и т.д.).

Ввиду учёта долгосрочных приоритетов социально полезной деятельности, на мой взгляд, необходимо привести в максимальное соответствие законодательную базу РФ и уже сложившиеся обычаи её делового оборота – именно таким образом, чтобы закон и «справедливость» (равно, как и другие базовые понятия постсоветской морали) не противоречили друг другу, а взаимно дополнялись друг другом. Разумеется, это – весьма сложная и ответственная работа, предполагающая кодификацию реально поддерживаемых (авторитетных) в обществе моральных норм, согласование их с международной практикой коммуникаций в различных сферах и институтах общества, а также, вполне возможно даже в первую очередь (ключевые приоритеты), качественное изменение так называемого общественного сознания. Данный процесс двустороннего (как минимум, двустороннего) сближения и развития директивных парадигм и должен с течением времени привести к осознанной выработке того, что эксперты временами называют отечественной моделью фондового рынка (а, по большому счёту, и не только его, но и положительной трансформации отечественной экономической системы в целом). Как предполагают некоторые российские аналитики, параллельно без каких-то специальных (натужных) усилий должно произойти и очевидное снижение уровня криминализованности экономической сферы общества, поскольку одна из ключевых функций криминальных «элементов» – обеспечение выполняемости обязательств, ранее сформулированных и принятых заинтересованными сторонами хозяйственного взаимодействия – будет более-менее адекватно выполняться ответственными представителями органов государственного аппарата (причём не только правоохранительных структур, но и многих других официальных организаций). Следует отдавать себе трезвый отчёт в том, что по вполне понятным причинам данная сформулированная цель не может быть достигнута в течение всего лишь мысленно обозримой пары лет, равно как и решение соответствующих ей задача. Тем не менее, именно выполнение подразумеваемой и чётко выверенной программы социально значимых действий приведёт к положительным качественным трансформациям российского общества, необходимой фильтрации управленческих и прочих кадров, а также совершенствованию позитивных практик социального взаимодействия во всех сферах.

Использованные источники:

1. Код культуры // Хоруженко, К. М. Культурология. Энциклопедический словарь [Текст] / Константин Михайлович Хоруженко. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1997. – 640 с. – С. 206.

2. Мораль // Философский энциклопедический словарь [Электронный ресурс] / ред.-сост. Е. Ф. Губский и др. – 2003. – Режим доступа: https://www.psyoffice.ru/6-184-moral.htm.

Данный материал был подготовлен в рамках реализации научно-исследовательского проекта

«Символические проекции гражданского общества»

(2005-2008, Великий Новгород,

НовГУ – Межрегиональный Институт Общественных Наук) в 2006 году.